Ярость накатила на меня, отодвигая боль на задний план. Руки дрогнули. Клинки ещё глубже погрузились в шею Воронцова. Кровь тонкими струйками стала стекать по лезвиям, капая мне на ноги.
— Я должен убить тех, кто напал на моих слуг! — прорычал я сквозь стиснутые от ярости зубы. Слова были продиктованы силой, наказывающей меня за смерти слуг.
Воронцов рассмеялся.
— Глупый пиздюк! Но как же похож на своего отца.
Ослепительная вспышка энергии вырвалась из тела Ворона. Лишь для того, чтобы с умопомрачительной скоростью вернуться обратно. Воронцов стягивал в своё тело просто нереальное количество силы.
В одно мгновенье его глаза налились кровью, которая полностью закрыла белки, оставив лишь чёрную точку зрачка. В уголках глаз набухли кровавые слёзы.
Кровь, до этого момента спокойно вытекавшая из ран на шее, обволокла клинки моих концентраторов, начав отталкивать их от шеи Воронцова. Я напрягся изо всех сил, чтобы удержать их на месте, но это было всё равно что пытаться сдвинуть с места гружёную фуру. Мои руки медленно, но уверенно расходились в стороны.
Стоило Воронцову освободить свою шею, как оба клинка вырвало из моих рук. Кровь с них перебралась на меня. Вытянувшись тонкой нитью, она обвила мои руки. Лужица крови, что успела натечь, капая с клинков, сейчас преобразилась в такие же нити и связывала мои ноги.
Моё тело оторвалось от пола, и я с раскинутыми в разные стороны руками завис в воздухе, упёршись головой в потолок. К этому моменту Марика уже была обезврежена одним из бойцов Воронцова. Я не видел, как это произошло, но сейчас девушка без сознания лежала на противоположных сиденьях. Грудь поднималась от дыхания, значит жива.
— Ты не можешь помочь даже себе, Вася! — покачал головой Воронцов. — Так кого ты спасёшь, если тебя прибьют ещё задолго до подхода к базе? А там настоящие спецы, и будь уверен, что они организовали всё как надо. Выставив секреты и контролируя все подходы к базе. Против них нужны спецы не хуже, а в идеале в разы лучше.
— Плевать. Даже если буду уверен, что меня убьют, я всё равно пойду туда. Остановите машину, я уйду. Только позаботьтесь о девчонке. Там мои люди, и только я в ответе за них!
Путы из крови не отпускали меня, как бы я не старался вырваться. Отчаяние накатило на меня. Я не могу помочь тем, кто доверил мне свои жизни. Да я даже себе не могу помочь! Как и сказал Воронцов.
— Малолетний идиот! Один ты не справишься, — вновь попытался воззвать к моему здравому смыслу Воронцов, по-прежнему удерживая силу.
— У меня нет выхода.
— Выход есть всегда.