Не дожидаясь, пока они сориентируются, я бросил пистолет и, перехватив автомат, запрыгнул на капот багги, за которым присел метатель. Он уже держал в руке новую гранату, и моё появление заставило его глаза расшириться от испуга.

От автоматной очереди в забрало он потерял ориентацию и рухнул на землю, подгребая руку с гранатой под себя. Я спрыгнул к врагу и придавил его своим телом. Взрыв дёрнул нас обоих, и я услышал протяжный стон под собой. Схватив вольного за шлем, я упёрся коленом в спину и резко дёрнул на себя, пока не услышал хруст позвоночника.

Прислонившись к боку багги, я несколько секунд сидел, переводя дыхание. Весь бой занял от силы пару минут, и теперь организм вспомнил о том, что он, вообще-то, живой. Усталость накатилась, заставляя грудь ходить ходуном, по лицу струился пот, а руки подрагивали от стресса.

Как-то я забыл совсем, что Алексея Вранова никто к таким выкладкам не готовил, вот и откат наступил. Нужно будет обязательно заняться этим вопросом.

— Ну вот и всё, — повернувшись в сторону оставшегося вольного, громко заговорил я. — Ты последний из могикан. Сам сдашься, или мне тебя прикончить?

Вместо ответа он срывал с пояса гранаты одну за другой и готовил из них связку. Разумеется, не для того, чтобы самому на ней подорваться.

— Слышь, кружок очумелые ручки? — крикнул я, подбирая оружие убитого вольного. — Мне ведь не нужна твоя жизнь, только информация. Поговорим спокойно, да и иди на все четыре стороны.

Мира появилась рядом со мной, одетая в облегающий комбинезон, похожий на термобельё глубокого чёрного цвета, и присела рядом. Ассистентка смотрела мне в лицо с нескрываемым интересом.

— Ты что, правда его отпустишь? — спросила она.

— Я что, похож на идиота? — едва шевеля губами, хмыкнул я. — Врагов нельзя оставлять в живых, Мира. Иначе они накопят силы и придут, чтобы расправиться с тобой и убить всех, кто тебе дорог.

Несколько секунд, пока последний боец Селивановых возился с гранатами, мы сидели тихо. Наконец, Мира кивнула:

— Да, если бы тебя убили, а не сбросили в Долину, никаких бы проблем у них не было, — признала она.

Я улыбнулся и, резко поднявшись на ноги, разрядил в одну очередь весь боезапас автомата. Опустошённое оружие упало мне под ноги, и я подхватил свой автомат, висевший на шее. Ещё одна очередь, на этот раз — чётко по голове, чтобы дезориентировать, и вольный окончательно лёг наземь.

Шлем, разумеется, снижает вред от пули, но не настолько, чтобы вообще ничего не бояться. И теперь валяющийся с сотрясением мужик вращал глазами по сторонам, пытаясь понять, на каком свете он находится.