А ещё здесь было гораздо свежее, чем снаружи. Климатические установки регулировали внутри стен температуру, влажность и защищали Дэйлград от осадков. С учётом того факта, что зимой здесь не было снега, а только мощные холодные ливни, практически курорт. Неудивительно, что по официальной информации постоянно проживает в городе Долины больше сорока тысяч населения, которые вообще не покидают его стен.

— С дороги! — тренькнув мелодичным звонком, крикнул за моей спиной пацан на велосипеде.

Я пропустил его и не удержался от улыбки. Детей здесь вообще было много, хотя они вроде бы и не особо бросались в глаза. Пока я двигался по живому кварталу, возникло ощущение, что я ни в какой не Долине, а в спальном районе родного города. Но дальше я дошёл до ближайшей развилки и упёрся в указатели, светящиеся всё тем же голубым светом. Прикинув, куда мне нужно попасть в первую очередь, я повернул налево.

У меня сейчас не так много кредитов, нужно избавиться от лишних браслетов и амулетов, да и ножи стоит продать, как и ту часть укреплённой одежды, которую я прихватил с убитых. Свёрток с ней всё это время висел за спиной, но ничуть не оттягивал плечи.

Избавляться от огнестрельного оружия точно не стану, лучше прикуплю к нему патронов. А то исходя из того, как меня встретила эта Долина, и того, какие повреждения получил броневик Рябининых, стрелять здесь придётся много.

— Донер! — услышал я крик зазывалы, стоящего у передвижной тележки. — Донер!

Почувствовав, как желудочный сок подбирается к глотке, я поспешил к нему. Очень вряд ли, конечно, там будет куриное мясо, но здешние животные и птицы съедобны, так что я ничем не рискую.

— Сколько? — спросил я, остановившись у тележки.

— Десять кредитов стандарт, двадцать — двойной, — ответил тот, и только тут я обратил внимание, что слышу не то, что он говорит на самом деле, а перевод.

Что ж, если шавуха — это не индекс бургера, то я мать Тереза. Не такая уж и плохая у меня вышла сумма на браслете, раз могу за неё шесть раз поесть. Конечно, бандиты могли бы и побольше с собой таскать, я бы не обиделся. Но, будем честны, никто не носит при себе внешний долг Нигерии, такие вещи оставляют дома, а на руках держат лишь то, что можно потратить.

— Заверни двойной, — кивнул я.

Он приступил к работе, и уже через минуту я держал знакомое по жизни наёмника блюдо в руках. О том, что их нужно помыть перед едой, даже не вспомнил. Одуряющий запах мяса, сочного соуса и горячего лаваша так ударял в мозг, что мне едва хватило сил отойти в сторонку от тележки и не жрать прямо на месте. К счастью, торговец побеспокоился и установил рядом столики, за которыми можно было расположиться, чтобы заморить червячка.