Мне чертовски повезло, что во время перехода в меня вселился Максим. Останься я прежним Алексеем, хрена с два бы выжил вообще, и сейчас, вероятнее всего, меня уже бы жрали местные зверьки. А так ничего, сам жив и тварей грохнул, и ем вкуснейшую шаурму. Донер, блин.

Уничтожив еду, я вытер руки салфеткой, которая шла в комплекте к шаурме, и двинулся дальше. Искомый магазин располагался буквально за углом.

Неоновая вывеска сейчас не горела, день всё-таки на дворе. Однако от количества знаков, развешанных на длинном двухэтажном здании, рябило в глазах. Народа здесь было ещё больше, у меня в глазах зарябило от клановых нашивок.

Китайцы из клана Го-Ли, русские из Рябининых, и европейцы из Орсини — у каждого свои цвета, при этом представители Комендариев тоже слонялись по территории в своих белых одеждах. Понятное дело, что далеко не все они были сотрудниками силовых структур. Для существования каждому клану требовались в большей степени не бойцы, а администраторы, торговцы, фермеры и чиновники. Вот ими-то и была заполнена небольшая торговая площадь.

— Я как в Москве, блин, — пробормотал я, проходя к нужному магазинчику.

Дверь открылась сама, отодвинувшись вбок и полностью уйдя в стену. Стоило мне пересечь порог, над головой прозвенела музыка ветра. Учитывая, что четверть местного населения принадлежит к китайскому клану, неудивительно.

Ко мне повернулась девушка в белом свободном наряде. На груди у неё красовался символ Комендариев — на чёрном пятиугольном фоне белый кулак. Чёрные волосы собраны в высокий хвост, на лице — дежурная улыбка.

— Добрый день, я могу вам помочь? — обратилась она ко мне.

— Хочу кое-что продать, — кивнул я.

Сам магазин представлял собой настоящий склад всего и вся. От безумного ассортимента разбегались глаза. Но стоило мне разглядеть за спиной девушки полки с ящиками патронов, на лице сама собой появилась улыбка.

— Показывайте, — жестом предложив мне выкладывать товары на прилавок, сказала сотрудница.

Дважды меня упрашивать не пришлось. А стоило разложить всё, что мне было не нужно, в глазах девушки мелькнула плохо скрываемая эмоция. Ну да, два ножа, три укреплённых безрукавки, явно бывшие в употреблении, три амулета-переводчика, три пустых универсальных браслета. Очевидно, что я нашёл это в кустах, когда пописать отошёл с дороги.

Впрочем, она ни слова не сказала о происхождении товара, чем подтвердила земные сведения, что здесь, в принципе, не очень щепетильно относятся к чужой жизни, если ты не принадлежишь к какому-то клану.

— Вот наш прейскурант на скупку, — махнула рукой она, и передо мной загорелась голограмма списка.