— У меня здесь неожиданно закрыто. Было.

— Это временно, — заверил нахал. — Я уже почти жалею о вторжении.

Сверху снова раздался грохот.

Женский вскрик.

Мужской рык.

Еще чей-то голос – такой высокий и трагический, что, думаю, он мог принадлежать либо оскорбленной супруге, либо очень впечатлительной служанке.

Я моргнула. Потом еще раз. Потом все сложилось в ту картину, от которой захотелось не просто вышвырнуть гостя обратно в окно, а еще и чем-нибудь тяжелым приложить напоследок.

— О-о-о, — медленно произнесла я. — Так тебя застали в чужой постели!

Парень приложил ладонь к груди.

— Какая грубая формулировка.

— Зато точная?

Он чуть склонил голову набок, словно всерьез обдумывал, стоит ли сейчас лгать женщине в одной сорочке, держащей в руке боевое заклинание.

— Скажем так, — произнес он наконец, — меня крайне несправедливо застали в обстоятельствах, которые со стороны могли показаться компрометирующими.

— Со стороны кровати?

— Вы удивительно быстро схватываете суть.

Я села ровнее, натянув одеяло до подбородка. Не из стыда, просто не любила, когда в моей комнате валялись полуголые мужчины и чувствовали себя при этом хозяевами положения. Это действовало на нервы.

— Вон.

Учитывая, что руки у меня были заняты, пришлось указать на дверь подбородком.

Незнакомец вздохнул.

— Боюсь, это затруднительно.

— Я сейчас тебе помогу.

— Не сомневаюсь. Но, видите ли, этажом выше, кажется, уже находится муж. И если я сейчас проявлю себя, как честный человек, то меня, вероятнее всего, попытаются убить.

— Какая потеря для общества.

— А я обществу еще нужен.

— А мне – нет!

Наверху кто-то заорал:

— Куда он делся?!

Женский голос – оскорбленно и истерично:

— Я не знаю!

Еще один – с придыханием:

— В окно! Он выпрыгнул в окно!

Мой ночной гость поморщился.

— Видите? Обстановка становится все менее располагающей к откровенности.

— Меня это не касается.

— Уже касается. Я ведь у вас.

Вот тут он был прав, и именно поэтому мне захотелось придушить его еще сильнее.

— Значит так, — сообщила я тем голосом, которым приказывала особо тупым зомби прекращать разваливаться по дороге. — Сейчас ты встаешь, открываешь окно или дверь – мне все равно – и выметаешься туда, откуда свалился. Если повезет – сломаешь только шею.

— Какая вы недоверчивая.

— Какая есть.

— А если я пообещаю сидеть тихо?

— Нет.

— Дышать через раз?

— Нет.

— Быть красивым молча?

Я сжала пальцы, и оглушающее заклинание сменилось на куда более убедительное.

— Последний раз повторяю: вон!!!

Парень наконец посмотрел на мою руку внимательнее. Не испуганно – с интересом. И этот взгляд мне уже совсем не понравился.