Маркиза хмыкнула почти по-человечески – наверняка они с Арчибальдом в этот момент что-то мысленно обсуждали. Мор у меня в голове с интересом отметил:
«Вот теперь пошло настоящее ухаживание».
— Ладно, — сдался Арчи. — Три недели.
Я замерла – не ожидала, что он уступит так быстро.
— Серьезно?
— Я умею ценить редкие победы, — усмехнулся он. — Договор?
Я кивнула и уже собиралась протянуть ему руку – самый разумный, цивилизованный и безопасный способ подтвердить сделку.
Но со Стоунхартом, как выяснилось, разум, цивилизация и безопасность вообще редко ходили рядом.
Потому что вместо того, чтобы пожать мне руку, он шагнул вплотную.
И поцеловал.
Я задохнулась. Не от возмущения даже – от неожиданности!
И пощечина, которую я вполне могла бы влепить ему за подобную самодеятельность, не состоялась только по одной причине:
мне внезапно понравилось.
Слишком.
Слишком сильно для человека, который вообще-то собирался возмущаться и защищать свои границы.
Это был совсем не тот поцелуй, что в столичной таверне. Тот был быстрым, наглым, почти боевым маневром. Вспышкой. Уловкой.
Этот – нет.
Сердце от него не просто сбилось с шага, а, кажется, вообще решило, что прежний ритм ему больше не нравится. Дыхание застряло где-то в горле. Мир как-то очень глупо сузился до теплых губ, соли в воздухе, мужской руки у меня на талии и того страшного факта, что я не только не отталкиваю Арчи, но еще и...
«Это несварение», — очень вовремя подсказал Мор.
Я чуть не застонала прямо в поцелуй – от несварения, разумеется.
Арчи отстранился первым. Совсем немного, ровно настолько, чтобы я снова смогла соображать. Ну или хотя бы делать вид.
— Что это было? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал сурово.
Получилось... не очень.
— Подтверждение договора, — невозмутимо ответил он.
— Для этого пожимают руки.
— Но у нас же договор на любовь.
— Про любовь ни слова не было.
— Это только пока, — расплываясь в довольной улыбке, пообещал Арчи.
И снова меня поцеловал.
На этот раз я решила досчитать до пяти, прежде чем его ударить.
Или до десяти.
Или...
Глава 19. Соблазнительная. Или нет?
Оливия Мортимер
После смелых заявлений Стоунхарта касательно его чувств, я ждала, что мое соблазнение начнется как минимум незамедлительно. Но…
Арчибальд вел себя идеально. Что было крайне подозрительно.
После затянувшегося поцелуя на берегу – от которого сбежали даже кошки, но не я, – Арчи проводил меня в дом, сам отнес мои вещи в отдельную комнату. Посоветовал отдохнуть до ужина.
И пропал.
Исчез.
Испарился.
Растворился в веренице коридоров, садовых тропинок и песчаных дорог.