— До этого дня не особо было, — улыбнулся Негаш. — Теперь — да.

— Ну вот, видишь, я умею удивлять!

— Я не сомневался в твоих способностях, Мамба. Ты всегда вовремя появляешься.

— Работа такая, — пожал я плечами. — Шучу.

Но Абале не воспринял мои слова за шутку. Серьёзно кивнул и, забрав мой баллончик и флакон с антидотом для исполнителя, вышел из машины, куда-то направившись. А меня повезли домой.

Да уж, напряжённый выдался денёк! Всё же не так часто меня арестовывают. Неприятно находиться на волосок от гибели или поражения, очень неприятно. Впрочем, в исполнительности Негаша я был уверен. И он не подвёл, разыграв комбинацию, позволившую мне убрать Бульто, как по нотам.

Приехав домой и скинув с себя армейские ботинки, я завалился на диван и стал ждать. Через полчаса ко мне зашёл один из людей моей команды и доложил:

— Негаш передал баллончик своему человеку, а тот прыснул из него в лицо генералу Бульто. Генерал сейчас находится в коме, исполнитель в бессознательном состоянии, но ему успели дать противоядие, и он выживет.

— Хорошо, — пожал я плечами.

Если Негаш не совсем дурак, то этот офицер не переживёт генерала. Ну, а если дурак, то ничего страшного в том нет. Всё равно некому будет расследовать сие дело, совершенно некому. А офицер в процессе лечения примет ещё одно лекарство и начисто забудет этот день. Ну, и ещё пару лет к нему в придачу.

Хорошо, что Негаш в точности выполнил мой приказ. Как говорится: доверяй, но проверяй! Слишком часто меня в последнее время предают. Непорядок это, непорядок.

Что ж, теперь пришло время заняться и другими странами. А для этого нужно снова пуститься в странствия, а ещё необходимо увидеть Саида. Очень надо, вот прям очень.

С Саидом мне удалось встретиться лишь три недели спустя. И я сходу задал главный вопрос:

— Ну, как, Саид, готов снова ехать в Пакистан?

Саид, только вчера вернувшийся с фабрики, устало покачал головой. Он всё никак не мог отойти от тяжёлой поездки. Как я уже упоминал, фабрика лекарств находилась в такой жопе мира, что не всякий негр мог выдержать климат той местности. А Саид не негр, и ему пришлось чрезвычайно нелегко. Особенно добираться до фабрики, а потом возвращаться обратно в столицу.

Жаркое африканское солнце превратило его и без того смуглую кожу почти в чёрную. И теперь он обоснованно опасался, что муха цеце может им заинтересоваться, как настоящим негром. Да и вообще, азиатские негры наверняка вкуснее, чем местные.

— Конечно, готов! — радость Саида была неподдельной, — или ты, аль-Шафи, имел в виду Афганистан?