— Я — Кристина, — просто сказала она. — Которая выпила две банки пива и смело подошла к незнакомцу.

— Мне нравится эта версия.

Они ещё потанцевали. Даня дважды пытался что-то сказать, но музыка перебивала. Тогда он просто улыбался — и Кристина ловила себя на том, что ждёт этой улыбки, ловит её, как свет от диско-шара.

А потом всё пошло не так.

Он проводил её к столику — Марина с Викой уже сидели там, шептались, и при его появлении резко замолчали. Даня заказал коньяк, Кристина — еще пива. Вика уставилась на него с любопытством сытого кота, Марина отвернулась демонстративно, показывая, что ей плевать.

— Может, проводить тебя до дома? — спросил он, когда часы на телефоне показали половину третьего.

— Нет, спасибо. — Кристина покачала головой. — У меня свой, постоянный провожатый.

— Я заметил. Тот дядька у колонны твой?

— Мой.

— Выглядит надёжно.

— Он надёжнее любого сейфа.

Даня кивнул и вдруг шагнул ближе. Не то чтобы резко, но граница была нарушена. Его рука легла ей на бедро — выше колена, туда, где платье заканчивалось и начиналась кожа. Пальцы скользнули чуть выше.

Кристина напряглась.

— Убери руку, — сказала она предостерегающе.

— Да ладно, ты же сама подошла, — его голос потерял ту лёгкую нотку иронии, сменившись чем-то более тяжёлым. — Не ломайся.

Она посмотрела ему в глаза. Вот оно. Вот то самое мгновение, когда маска приличий спадает, и под ней — обычная кобелиная суть. Она видела это сотни раз. На вечеринках, на ужинах, на светских раутах. Красивые слова — дешёвая упаковка для одного и того же.

— Я сказала — убери.

Он не убрал. Даже наоборот — сжал пальцы, впиваясь в её кожу, и дёрнул на себя.

Кристина не закричала. Она просто вздохнула, как вздыхают учителя, когда ученик в сотый раз не выучил таблицу умножения.

Гриша был рядом через секунду. Сто пятьдесят килограммов скучающей ярости материализовались за спиной у Дани так бесшумно, что тот даже не вздрогнул — он просто вдруг оказался оторван от Кристины, а потом — на полу. Процесс занял меньше времени, чем моргнуть.

— Не надо! — Кристина тронула Гришу за рукав, когда тот наклонился, чтобы «помочь» Дане подняться — таким образом, после которого помощь требуется врачам. — Просто выведи его.

Гриша посмотрел на неё. Молча кивнул — чуть заметно, только уголком массивной челюсти.

Даню подняли за шиворот — легко, как котёнка — и поволокли к выходу. Парень пытался что-то сказать, что-то выкрикнуть, но руки Гриши перекрыли ему кислород, и слова превратились в хрип.

Кристина проводила их взглядом. У выхода Гриша обернулся — перехватил её взгляд. Она кивнула: «всё в порядке». Он исчез за дверью.