Последняя мысль была: «Это всё». Больше я ничего подумать не успела.

КАТЯ И ЛИСА

Кате было страшно. Но какая-то ещё её часть следила за происходящим с неожиданной рассудочностью. Водяная рука несла её с такой скоростью, что от бьющего в лицо ветра трудно было дышать. Потом её выбросило на жёлтый песчаный берег, где она долго не могла встать на трясущиеся ноги, кашляла и отплёвывалась. Пока в поле её зрения не появились лисьи лапки — очень тёмно-бурые, почти чёрные.

Но вторым зрением, внутренним, позволяющим видеть для прочих людей незримое, она видела, что перед ней находится женщина — молодая на вид, но очень, очень старая. Была она обыкновенного для здешних островов обличья — преизрядно смуглая, черноволосая, с непривычно выступающими скулами, острым подбородком и крупными, какими-то круглыми зубами.

Катя подняла глаза и натолкнулась на высокомерный и презрительный взгляд. Глаза этой ведьмы блестели лихорадочным сумасшедшим блеском. И ещё в нём было что-то такое… словно сварливая бабка пришла мясо на рынок выбирать, и всё ей не нравится.

Удивительно, но второй образ тоже воспринимался как истинный! Так не бывает под мороком. Значит… обе картинки правильные? Эта тётка — и женщина, и лиса? Катя непрерывно видела их обеих, и от того, как человеческая часть повторяла за лисьей все движения и жесты, становилось дурно.

— И это вот такие маги осмелились противостоятьмне ? — произнесла лиса, обходя её вокруг.

Странно было, что женщина во внутреннем плане тоже передвигалась на четвереньках, неприятно выворачивая наружу локти. Выглядело это… противоестественно, и от того отвратительно и страшно.

Язык звучал незнакомо. Хорошо, что дядя Баграр ей тоже заодно с другими «говорящий» модуль поставил, иначе… Было бы иначе лучше или хуже, Катя не успела додумать.

Лиса остановилась прямо напротив и припала к песку, заглядывая ей в глаза:

— А я ведь тебя съем… Детские сердца несут в себе столько жизненной силы… Почти как маги, — она облизнулась. — Но не сегодня, нет-нет! Надо подожда-а-а-ат-т-т-с-с-сь, пока луна не войдёт в полную силу. На третью ночь луна наполнится до краёв. Вот тогда… тогда настанет время!!!

Лиса засмеялась, скалясь одновременно двумя безумными улыбками.

Невыносимо… Катя зажмурилась.

Её бы, наверное, вырвало от страха, если бы океан только что тщательно не прополоскал ей желудок. Поэтому организму осталось только холодеть и сжиматься от ужаса. Катя вспомнила, что других людей от страха иногда трясло. В книжках даже писали: зубы стучат и всё прочее. А её вот не трясло. Только руки стали холодные-прихолодные. И Ноги. Посинели даже. А тапочки в воде потерялись. Надо было туфли обуть, они-то с ремешками, так запросто с ноги не скинешь… Эти мысли неожиданно её успокоили — не то что бы совсем, но настолько, чтобы перестать синеть.