— О точности формулировок поговорим, если останемся живы. «Она». Дурная сила. Я бы на вашем месте поддержал боевой дух курсантов. Нас не получилось взять в лоб, попробует хитростью.

Неизвестно, чувствовала ли лиса ответную эмоциональную волну. Только крейсера-призраки начали тонуть один за другим, а призрачные экипажи пытались выплыть, в то время как из морской глубины выныривали пасти, клешни и прочие неприятные детали и утягивали их на дно.

— Эк, гадость какая, — высказался помощник капитана. — И знаешь, что морочит, а всё одно, противно.

— На это и расчёт.

— Возмущения по правому борту!

С той стороны и впрямь происходило что-то странное. Потемневшие воды бурлили, словно под поверхностью закипал гигантский котёл. Прожектор — единственный, на самом деле, артефакт русского флота, позволяющий отслеживать направленную магическую опасность, шарил по волнам рассеянным лучом.

— Стрельба по готовности!

Море вспухло комком гигантских глянцево-чёрных щупалец… и немедленно получило орудийный залп в самую их сердцевину!

— Прямо по курсу!

Залп!

Этим порождениям сумасшедшего разума пришлась не по вкусу русская артиллерия, однако сейчас между крейсером и многоногами шла гонка на быстроту реакции.

— Если они подберутся слишком близко… — начал один из офицеров.

Корпус крейсера вздрогнул, словно нечто огромное толкнуло его снизу. Ещё раз.

— Отделение морской пехоты на палубу!

«Царицын» толкнуло ещё раз — так, что корабль качнулся, кренясь на правый борт — и со всех сторон из воды выметнулись ещё щупальца — извивающиеся, длинные, сплошь обросшие присосками. Они не были чрезмерно массивными — каждая едва ли в ногу толщиной, и при их непомерной длине пропорции казались ещё более неправильными, нереальными. Аристарх Леонидович увидел, как целый пук щупалец устремился к трещине повреждённой обшивки первой башни, в составе расчёта которой числилисьте самые курсанты. Монстр впился в края и начал дёргать их, пытаясь расширить пролом. В голове осталась одна звенящая мысль: «Цесаревич!»

Полковник выскочил на палубу и попал в оглушающий котёл. Вокруг рубили, резали, жгли, стреляли…

— Держи! На дно утянет!

— А-а-а-арх!

— Сюда, ребята!

Мелькнул совершенно озверелый корабельный кок в белом кителе, захлёстанном чем-то чёрным и маслянистым — с огромным мясницким тесаком в руках. Здесь были и аварийные команды с топорами и баграми, и штурмовики, и операторы с разбитой радиолокационной установки, и расчёт вышедшей из строя третьей башни…

— Граната!

Он успел увидеть вылетевшее за борт тёмное пятнышко. Грохнуло! Штук двадцать щупалец разом обмякли и сползли обратно за борт. Радуясь освободившемуся пространству Аристарх Леонидович бросился вперёд и немедленно был сбит с ног следующим вылетевшим из-за борта пучком. Одно из щупалец сразу же оплело ему щиколотку и поволокло по палубе.