Но это чистое везение, и может быть это знак, что пора купить лотерейный билет. Хотя за годы своей жизни уже понял, что везение меня обходит стороной. Однако подумать и углубиться в философию своей судьбы мне не удалось, да и кому нужна эта философия, когда желудок урчит от голода. Где-то неподалёку от дома раньше стоял бар, и там готовили отличные ребрышки: такие сочные, ммм… Надеюсь, его случайно не зацепили, а то это уже было бы действительно потерей всех потерь.

Ясен хрен, дело плачевное, и меня должна сейчас сильно волновать судьба родных, но думаю, они целы, иначе мне бы уже слуги позвонили. Всё же ранг у родителей не низкий, да и брат мой вроде как не туп. На него-то можно было положиться. Ну, надеюсь. А так, на голодный желудок дела решать — полная глупость. Вот перекушу, и там уже разберусь: может, найду родственников под обломками. Или нет, всё же сейчас придётся разбираться⁈

Мелкая так не вовремя набрала меня: наверняка вопросами завалит, и придётся действовать быстрее. Возможно, успеть повесить трубку до того, как она начнёт мозг выносить.

— Алло, братик, ну как, нормально добрался? Или думал, что я не замечу, что ты улетел? — раздался в трубке её самодовольный голос. Наверное, чувствует себя Шерлоком сейчас. — Как твой неожиданный приезд родители оценили?

Зря я всё-таки, когда билеты заказывал, планшет свой не запаролил и оставил его на видном месте. Хотя, как Маша умудрилась взломать дверь в общаге? Мы же в академии для Одарённых вроде учимся.

— Да я, если честно, ещё с родителями не успел пообщаться, — и ведь не соврал. Может, удастся улизнуть от разговора, хотя от неё не так легко избавиться.

— А что так? Устал с дороги, что ли? Как там вообще жизнь в Перми? Город стоит? — посыпались вопросы.

— Вот, слушай, балаболка, у тебя там что, так много свободного времени? — попытался её приструнить.

— Ну, это как поглядеть, братец, — Маша растягивала слова, словно гипнотизируя меня своим голосом. — Или, может, ты забыл, что я в лазарете до сих пор валяюсь? Они меня, гады, не выпускают отсюда: говорят, ещё рано, надо восстановиться. Хотя, глядя на их состояния, им бы самим от работы восстановиться и в отпуск уйти.

Короче, она никак не унималась, и за пару минут прожужжала мне все уши про то, как ей скучно, и что я должен, нет, обязан, как хороший брат, развлекать её разговорами и выкладывать всякие интересности про родной город и семью.

А что я ей расскажу? Обвёл я взглядом руины нашего имения и ещё раз улыбнулся, глядя на свою целёхонькую комнату.

— В общем, Маш, у меня есть одна хорошая новость и одна плохая: выбирай, с какой начинать, — бросил я, надеясь, что она нормально потом отреагирует, а точнее — адекватно.