Когда шаги стихли, я обернулся к своей жене, крепко ее обнимая.
— Костя, — она прижалась к моей груди, обильно заливая ее слезами, превращаясь в мгновение в ту девчонку, которую я оставил дома. — Вернулся. Не смей больше так поступать со мной, слышишь⁈ — саданула она меня несколько раз кулаком по груди, после отстранилась, глядя мне в глаза. — Мне Манул рассказал, где ты находишься, и это знание чуть меня не убило. Обещай, что больше ты никогда не бросишь меня одну.
— Обещаю, — выдохнул я, прижимая ее к себе.
— И поможешь, — добавила она. — Ты даже не представляешь сколько всего на нас свалилось, пока тебя не было.
Глава 19
Вести о том, что я вернулся, разнеслись с огромной скоростью. В библиотеку каждую минуту приходил кто-то из прислуги, чтобы лицезреть хозяина дома. Особенно рад был Игнат, который вопил на весь дом, распевая от радости песни. В дверь в очередной раз постучали, и в кабинет буквально влетел Петр. Я встал и сделал несколько шагов навстречу бросившемуся ко мне брату, который тут же стиснул меня в крепких объятиях.
— Я сначала не поверил, когда мне сказали, что ты жив и наконец вернулся, — искренне улыбаясь, проговорил он.
— Ну про то, что я жив, ты и так должен быть в курсе, раз стоишь передо мной в целости и сохранности, — прохрипел я, стараясь вырваться из его медвежьей хватки, не причинив тому вреда.
— Печать разрушилась, — понизил он голос, буквально прошептав мне на ухо, чтобы Валерия, стоявшая неподалеку, не услышала то, что он говорит — Это было больно и неожиданно. Думал, что ты умер, и теперь заклятие тащит меня за тобой. Целую минуту мое сердце не билось, но сознание меня не покидало. Я лежал на полу, корчась от нестерпимой боли, даже на помощь позвать не мог. Мне оставалось только смотреть в потолок, где я разглядел даже самую мелкую деталь, проявившейся печати, вспыхнувшую фиолетовым огнем. Но потом она начала разрушаться, исчезая вместе с парализовавшей меня болью. Я думал, что это ты снял печать перед тем, как исчезнуть, — быстро протараторил он мне на ухо.
— Нет, не я. И ты не свалил после этого? Может, отпустишь уже? -прошипел я
— И бросил бы тем самым своего брата, не высказав все, что я о нем думаю? Подобную ошибку я больше не допущу, — улыбнулся он.
— Мальчики, мне стоит начинать ревновать? — с ехидством поинтересовалась Лера, подходя ближе. Петр с какой-то неохотой отстранился, осматривая меня с ног до головы. Готов был поклясться, что в его взгляде увидел облегчение и даже не прикрытую радость тому, что я был жив и находился сейчас перед ним. Ну, может, так оно будет лучше. Посмотрим, как будет себя вести без связывающего нас поводка.