— Ах, охотилась за макрами она, — всплеснула Лера руками. — Чтобы этой твари в моем доме я больше не видела. И мне все равно, что ты маг смерти, — прорычала она, обращаясь к Алине, которая выглядела очень виноватой.

— Но я не могу оставлять своего питомца, дарованной самой Великой Выдрой, одного, — проговорила девушка, но потом топнула ногой и вскинула голову. Чтобы предотвратить разгорающуюся женскую перебранку, я кашлянул, привлекая внимание на себя.

— А почему ты голый? — неожиданно спросил Петр, окинув меня взглядом.

— Может, потому что я нахожусь в своей комнате? — хмыкнул я, поправляя обернутое вокруг пояса полотенце, после чего повернулся к Алине, которая с разгорающимся интересом разглядывала меня. — А теперь мне кто-нибудь объяснит, что вообще ты забыла в моем доме? — отвлек я от изучения моего тела девушку.

— А… мы, — немного замешкалась она, переводя взгляд на Петра.

— Мы как бы встречаемся, — ответил за нее брат будничным голосом.

— Ты в своем уме? — вскинулся я, вспоминая про Марьяну Выдрову.

— А что не так? — нахмурилась Алина, исподлобья глядя на меня.

— Так, что у вас тут происходит? — раздался голос Шмелева позади откуда-то от двери. — Тут ор стоит на весь дом. — Пояснил он, разглядывая всех собравшихся, сложив руки на груди и прислоняясь к косяку двери спиной.

— Смотрю, как мой лучший друг и названный брат идет по твоим стопам, стараясь не забыть наступить на все разложенные и опробованные тобой ранее грабли, — хмыкнул я, кивая в сторону Алины. Шмелев кашлянул, немного оторопев от такого сравнения. — А теперь не хотите ли вы все пойти по своим делам и дать мне наконец хотя бы одеться? — миролюбиво поинтересовался я.

Все как-то недовольно переглянулись, после чего неохотно вышли из комнаты, оставляя нас Валерией одних в резко наступившей тишине. Добро пожаловать домой, как говорится.

— Похоже, наш дом слишком мал для всех его обитателей, — покачав головой, я подошел к Валерии, которая начала рыться в шкафу, стараясь найти хоть что-нибудь из уцелевшей одежды, и сел рядом с ней, крепко ее обняв. — И это еще твоих братьев нет и Дианы, — вздохнул я. — Может, им как-то намекнуть, что пора оставить нас одних?

— Да я им прямым текстом каждый день об этом говорю, но они делают вид, что глухота — это семейная проблема, — хмыкнула она. — Я их могу понять. Им страшно, а здесь есть хоть какая-та видимость защищенности, — проговорила она, обхватывая мое предплечье своей рукой. — Нужно поговорить с Игнатом, может можно как-нибудь перестроить особняк, не нарушив при этом целостность охранных чар. Ты же не против?