Слишком мало энергии все же потратил, я махнул рукой, насылая туман на старосту, который от неожиданности попятился, но потом остановился, когда прохладные нити начали проникать в его тело. Тут ничего серьезного не было, суставы только практически развалились от возраста и тяжелого труда. Когда туман почти рассеялся, я оценил работу даже без истинного зрения. Мужчина словно помолодел лет на двадцать, все морщины сгладились, а кожа подтянулась, не говоря уже о том, что стоял он прямо и уверенно без боли в ногах и позвоночнике.

— Ты как? — обратился я к Анне, которая сидела, не двигаясь, все так же не сводя с меня взгляда. По ее щекам текли слезы, но она словно не обращала на это внимание.

— Дочка, — женщина подбежала к девушке, обнимая и вытирая ее лицо.

— У меня ничего не болит, — перевела она на нее взгляд. — Мам, представляешь, у меня первый раз в жизни ничего не болит! — я стоял, прислонившись спиной к одному из шкафов, когда у меня неожиданно громко зазвонил мобилет. Выйдя на улицу, я ответил на незнакомый номер.

— Привет, это я, — раздался голос Леры. — Мы все выкупили. Андрей дал мне личный дирижабль, приедем, как можно быстрее, и ты мне объяснишь, что происходит, — она была раздражена и одновременно с этим обеспокоена.

— Проблемы с людьми баронства, со мной все хорошо, — усмехнулся я. — Почему ты сама этим занимаешься?

— У твоего поверенного и так много работы, а доставить несколько коробок из одной точки в другую много ума не требуется, — она глубоко вздохнула. — Что делаешь?

— Не поверишь, проявляю сочувствие и помогаю красивым девушкам сразиться со смертью при помощи моего дара, — честно ответил я.

— Ты издеваешься? — прошипела она.

— Нет. Тут еще правда до кучи есть старик и вредный кот, но это звучало бы не так провокационно, — рассмеялся я. — А ты изначально отказалась ехать со мной, так что теперь никакие претензии не принимаются.

— Мы как будем подлетать, позвоню, чтобы встретил. И, Костя, я люблю тебя, — выпалила она и отключилась, не дав мне ответить. Я внимательно посмотрел на мобилет, покрутив его в руках.

— Ваше благородие, — на крыльцо вышел староста, выводя меня из задумчивости. Я повернулся к нему, вопросительно подняв бровь. — Мы в необъятном долгу перед вами и никогда не сможем оплатить того, что вы сегодня для нас сделали, — он рухнул передо мной на колени, но я его довольно оперативно поднял обратно, глядя в глаза.

— Я не знаю, что вам сделал граф Сапсанов, но не следует терять к себе уважение. Вы свободные люди, а не рабы, вы даже моему роду не служите, запомните это. Как и то, что на верность я всегда отвечаю добром, но никому не желаю узнать, что будет, если это доверие предать и попытаться ударить мне в спину, — серьезно сказал я. — И не говорите никому о том, что сегодня произошло, мне такая огласка ни к чему. Просто скажите, что наконец удалось попасть к лекарю, тем более, там сейчас почти сто человек стараются бороться за свою жизнь. А теперь, идите к внуку, я хоть и вылечил вас, но бессмертным не сделал. Так что, мой вам совет, не теряйте время, которого у вас с ним может больше не быть. Жизнь штука непредсказуемая.