— Дурак ты, Свят! Тут дело вообще не в деньгах!

Дальнейший наш путь проходил спокойно. К вечеру четвертого после столкновения с дигами дня, мы увидели предместья Эмелла. Ничего особенного — обычные фермы, и вынесенное за город ремесленные мастерские. Кстати, тогда же появились и конные разъезды местной стражи. Впервые в Мишшесе я видел, что охраняется не только внутренний периметр стен, но и посады. Сразу видно — богатый город. И правительница в нем толковая.

На нашу четвёрку патрульные смотрели с подозрением. Не постеснялись даже подъехать и задать вопрос: кто мы, и куда путь держим? Я, было, напрягся, но Кассий встретил их совершенно спокойно. Сообщил что мы направляемся на встречу с правительницей города, продемонстрировал запечатанное рекомендательное письмо к ней. После чего от нас сразу отстали. Хотели, правда, выделить сопровождающего, но мы отказались.

Движение на дороге к городу было довольно активным. И, мирным каким-то. Я, за последние дни, от такого уже отвык. Чтобы куча народу просто слонялась туда-сюда или занималась своими делами, не обращая внимания на незнакомцев, и не опасаясь нападения опасных животных.

В целом же Эмелл от Креспа не слишком отличался. Те же не слишком высокие крепостные стены, возвышающиеся здания довоенной постройки, перемежающиеся с домиками попроще. Размером побольше вотчины Морнея и менее запущенный, что ли. В том же Креспе были видны следы разрушений, нанесенные войной и временем, здесь же здания разве что обветшали немного.

— В центре города располагался научно-исследовательский институт и одна из учебных баз, готовивших эквитов. — объяснил Кассий. — Поэтому, во время войны, противник желал получить находящиеся здесь мощности в целости.

— И как? Получилось? — заинтересовался я внезапным уроком истории от двухсотлетнего человека.

— Не совсем. Аквилонцы запустили в город несколько десятков диверсионных групп, но военная администрация города заперлась в институте и пообещала взорвать его, если нападение продолжится. Пришлось врагам отступить.

— А потом что было?

— Падение.

Ну да, чего это я? Все, так или иначе, заканчивалось этим водоразделом — концом прежней жизни и копошению на руинах прежнего величия. Каждый раз, когда Кассий эту тему затрагивал, у него такое выражение на лице появлялось, будто это именно он во всем виноват. Не доследил, мол, и вот что вышло.

Крепостная стена, вдоль которой мы ехали, тоже была сложена из каменных блоков, вырубленных вручную. А вот ворота, ведущие в город, явно сняли с какого-то древнего хранилища — полистановые, способные выдержать не только удар тараном, но и попадание крупного калибра. Эклектика, как и все тут.