Началось все, конечно, с олигарха. Сергеев решил, что просто обязан увидеть, что мы там начудили, и что за планету отхватили чуть ли не в личное пользования. И напросился со мной в гости. С собой он прихватил Надю, бутылку дорогущего коллекционного вискаря — лучше бы коньяк взял.

Восторгам его не было придела, хотя он и пытался держать лицо. Но вид бескрайнего океана с высоты площадки стационарного портала, и понимание того, что этот кусочек то ли Италии, то ли Испании, находится черти где в космосе, вновь превратил жесткую акулу капитализма в фонтанирующего эмоциями пацана.

Распив с нами принесенную бутылку, Сергеев строил планы один другого дурнее. А утром ушел, обещал выделить потребное количество бойцов из своей частной военной компании для охраны этого райского уголка.

Которых я доставил на Денар в тот же день. Причем, способ их доставки был вообще отдельной темой. Мы с Михаилом заранее проговорили вопросы секретности, и тот решил их радикально. Сказал командирам, что охранять придется важный и секретный объект где-то в Португалии, а чтобы никто не узнал, где он находится, приказал перемещать бойцов в медикаментозном сне.

Молодец, конечно, но именно нам с командой досталось трелевать таскать полста спящих вояк и их снаряжение. Ну, а че нам, да? Мы же сильные, эквиты ж! Умаялись мы знатно, зато пробудившиеся солдаты и их командиры приняли легенду на веру, и быстро разбили палаточный лагерь на левом склоне горы, откуда не было видно ни города, ни стационарного портала. И серьезно отнеслись к запрету об оставлении лагеря без приказа. Да и чего бы они возражали — пацанов привезли на курорт и за хорошие деньги предложили почилить пару недель.

Третий день мы решили провести на Хамито. Лорд Виннор помог Индейцу при нападении, значит следовало его немного наказать. На полноценную войну сил у нас не было, зато пощипать его активы мы могли вполне. Тем более, что по аалокским правилам, даже были в своем праве. Как представители семьи ре Туур.

Биен и Рош рассказали все, что знали о Хамито, а Малой с Птахом спланировали диверсионную операцию. После чего у хэв-лорда взорвалась одна из шахт по добыче ресурсов — рабочих там не было, мы специально сделали это на пересменке. Потом еще сгорело два бара, отделение банка и три перерабатывающих предприятия встали, по оценкам Роша, на месяц.

Вишенкой на торте было письмо, которое отправила Биен. В нем она выражала сожаления о бедствиях, постигших семью хэва, выразила пожелания скорейшего восстановления разрушенного, а также сообщила, что никаких претензий к дорогому дядюшке не имеет.