— Теперь ты. Отходишь на семь-восемь метров, а я прикрываю. Дальше меняемся.

Отталкиваясь от расстояния до склона, нужно сделать всего два таких подхода, чтобы выбраться на поверхность. Моя идея по поводу плотности атак оказалась верной — как только группа сократилась до двух человек, количество големов тоже уменьшилось. Как и число направлений, с которых они пытаются нас достать.

Уничтожаю ещё одну тройку глиняных созданий. Добравшийся до своей точки аристократ разваливает троих, пытающихся зайти с фланга. Я за это время догребаю до его позиции и, остановившись, сразу же начинаю технику, приметив очередную атакующую группу. После этого сразу возвращаю в жидкое состояние ещё троих. Похоже эти уродцам всё равно, какой вид силы к ним применяют. Ключевой момент, чтобы техника их в принципе касалась. В голове мелькает мысль, что при таком раскладе, они должны рассыпаться и от ментального удара. Но её приходится сразу погасить: использование мыслеконструкций пути Разума моментально раскроет мои карты.

Поняв, что времени прошло уже прилично, а Сестий так и не подал знака, оглядываюсь. Вот же блядская тварь! Лезет по склону, забив на план и необходимость взаимного прикрытия.

— Ещё двое! Справа!

Реагируя на голос Дарша, бью пламенем. Закончив, слышу вопль римлянина.

— Тео, извини! Но теперь ты точно выберешься!

Похоже он тоже понял, как работает алгоритм формирования противника. Что никак не отменяет совершённого блядского поступка.

Развернувшись бреду к берегу. Снова бью техникой, уничтожая ешё пару големов. От другой двойки, которая возникает совсем близко, пытаюсь уклониться, но предсказуемо не успеваю — меня снова сбивают с ног.

Вставая, чувствую отчётливую радость Сестия. Ублюдок рад, что оказался за пределами ямы, тогда как я всё ещё барахтаюсь в грязи. Выматерившись про себя, преодолеваю ещё несколько метров. Снова останавливаюсь, обрушивая на цели технику. Осталось всего несколько шагов. Но теперь големы появляются совсем рядом со мной, заставляя раз за разом использовать силу. Стараюсь сдвигаться в промежутках, отходя хотя бы на тридцать-сорок сантиметров за подход. И здорово удивляюсь, когда нога во что-то упирается. Закончив с очередной техникой, быстро оглядываюсь. Оказывается, я уже у кромки. Более того — сверху об этом вовсю кричит Дарш. Скорее всего, уже не первый раз, просто я не слышал его, увлечённый схваткой.

Рывок вперёд. Взбираюсь по склону, активно помогая себе руками. Оказавшись наверху, разворачиваюсь, усаживаюсь на землю. Всё-таки выбрался. А рядом звучит голос Сестия.