Спуск по тропе занял меньше времени, чем подъём. Ноги знали дорогу, камни под подошвами уже не казались предательскими, и я позволил себе немного расслабиться. Мы спустились ниже первого гребня, и воздух потеплел. Кедры стали попадаться чаще, кривые упрямые деревья, вцепившиеся в скалы корнями, похожими на старческие пальцы. Ветер утих. Где-то справа журчал ручей, тот самый, что питал долинный пруд.

Бабай остановился.

Резко, на полушаге. Передняя лапа зависла в воздухе, нос задрался, уши развернулись вперёд, и вся ленивая сытая расслабленность слетела с него мгновенно. По связи хлестнуло.

Чужой-чужой-люди-много-внизу.

Я присел за ближайший валун, рефлекторно перехватив копьё. Сердце дёрнулось, сразу вспомнил все наставления Цао про тишину и безопасность долины, про защиту, про то, что сюда никто не пройдёт без разрешения последнего Горнового.

— Сколько? — прошептал я. — Куда смотреть?

Образ пришёл размытый, что говорило, что больше трёх, но направление я считал. Ниже нас, ближе к долине, на тропе. Между нами и домом. То есть они уже прошли мимо Яшмовых Ворот, или зашли другим путём, или…

Я выдохнул, стараясь успокоиться, и начал спускаться. Медленно, бесшумно, как учил Цао на тренировках, перенося вес с пятки на носок, избегая осыпей. Бабай скользил рядом, низко к земле, белая шерсть в тени валунов почти незаметна.

Тропа здесь делала широкий поворот, огибая каменный выступ, и за этим выступом открывался длинный прямой участок, спускающийся к долине. Я подполз к краю, лёг на живот, выглянул.

Увидел их.

Шестеро. Цепочкой, по тропе, неторопливо, но не праздно. Двигались уверенно, привычные к горам, ступали по камням без запинки. Одежда дорожная, потрёпанная, не военная. У двоих за спинами мешки, у одного длинный свёрток, похожий на оружие в чехле. Впереди шёл высокий, сухощавый мужик с коротко стриженной головой, лет сорока на вид, он-то и задавал темп. За ним остальные, разного возраста и вида. Один совсем молодой, мой ровесник или чуть старше, вертел головой по сторонам, разглядывая горы с выражением растерянного любопытства.

И двое отставших, Бабай правильно уловил. Шагах в пятидесяти за основной группой, двое шли рядом, плечо к плечу. Один хромал.

Практики? Я сосредоточился, пытаясь прощупать уровень этера. Фон от гор мешал, слишком плотный, забивал восприятие, как яркий свет забивает слабый огонёк свечи. Но кое-что уловил. Передний, стриженый, фонил заметно. Ступень закалки, не ниже костей. Остальные слабее, но тоже не пустые. Обычные смертные так не ходят по горам, не с такой лёгкостью.