— Клык и Нурл за ними и отправились, — отозвался Рыхлый, взглянув на меня, — Они сначала выяснили где растут вот эти травы, на это тоже ушло время, а потом добыли их. К сожалению, они уже не такие свежие, поскольку ты был без сознания я и оставил тут. В общем, вариантов не было. Сами мы с ними, как ты понимаешь, работать не умеем. Я замочил некоторые в воду, и положил в холодное место в тени, чтобы они за это время не испортились. И как будто они не успели потерять «нормальный» вид.

— Да, с ними еще можно работать, — признал я, еще раз окинув взглядом травы. — Что ж, буду ждать Клыка и Нурла. А это заберу с собой, надеюсь мне удастся сохранить дольше их свойства, чем получилось бы у тебя.

Грэм, тем временем, сел на табуретку, повел плечами, разминая мышцы, и тяжело положил руки на колени, словно не зная, что с ними делать. От него требовалось просто сидеть и ждать, пока Рыхлый выполнить свою работу.

Гнилодарец поставил рядом с ним кувшин и, взяв деревянные щипцы, осторожно достал оттуда извивающуюся черную пиявку — ту самую черную плакальщицу.

— Начну с крупных, — сказал он, бросив внимательный взгляд на старика. — Они выносливее.

Грэм посмотрел на длинную, жирную, пульсирующую чернотой пиявку-плакальщицу, которую Рыхлый извлек из кувшина. Его лицо скривилось от нескрываемого омерзения, но он коротко кивнул:

— Давай, нечего тянуть. Я ел дрянь и похуже, когда приходилось выживать. Тут главное перетерпеть первые мгновения.

Рыхлый замер, держа извивающуюся тварь в щипцах.

— Может, тебя это… — он замялся, подбирая слова. — С помощью паучков Шурши в сон погрузить? Будет не так больно. Поверь, когда эта дрянь начнет высасывать, ты на стену полезешь. Клык дергался даже когда был без сознания. Скорее всего боль невыносимая.

— Я тебя сейчас сам в сон погружу! — рявкнул Грэм, — Я лучше буду зубы в порошок крошить и терпеть, чем останусь тут, в этом доме без сознания.

Ну в теории, — мелькнула мысль, — Новые зубы может нарастить Клык. И хотя настрой Грэма, конечно, был не самым дружелюбным, однако я понимал почему. Кругом гнилодарцы, и не всем из них он доверяет.

— Тут вообще-то твой внук следит за всем, — резонно заметил Рыхлый, чуть нахмурившись. — Да и я думал, что ты мне доверяешь, после всего.

— Доверяю я только себе, — фыркнул Грэм, скрестив руки на груди. — А Элиас… он против вас ничего не сделает — он слишком слаб, чтобы отбиться, если что пойдет не так. Так что не надо, защитить себя я могу только сам. Ты сам не знаешь, какую гадость могут выкинуть твои…сородичи.

С этим Рыхлый не стал спорить. Ведь именно гнилодарцы первыми напали на Грэма.