А запах…

Я осторожно поднес сосуд с эссенцией к носу и вдохнул.

Холод, но не физический, а ментальный. Словно порыв зимнего ветра прошел сквозь мои мысли, оставляя за собой кристальную ясность и покалывание тысячи крошечных иголочек, щекочущих сознание.

— Ну и вонища! — раздался голос Грэма от двери.

Я обернулся. Старик стоял на пороге, морщась так, будто я варил тухлую рыбу.

— Это эссенция ясень-травы. — гордо сказал я, поднимая бутылочку.

— Запашок у нее, конечно, — покачал головой Грэм, — Пожалуй…снаружи побуду.

Я хмыкнул, но вынужден был признать: ясень-трава действительно обладала не сильно приятным запахом, в отличие от той же серебряной мяты. Это просто я пока варил, то привык к запаху, да и сам им пропитался, оттого и не обращал на него внимания.

Ладно, поехали дальше. С ясень-травой покончено, теперь задача не менее сложная — вымыть аппарат. Эх…

Я вышел на улицу и сразу ощутил свежесть воздуха и разницу с той удушливой атмосферой в доме, где сидел последний час.

Когда мыл аппарат еще раз убедился в мысли, что завтра точно пойду к Бергу. Глина по прежнему впитывала запахи и саму эссенцию, и даже то, что я предварительно смочил ее, не особо помогло. Всё это — лишние примеси, которые точно снизят качество итогового продукта.

Следующим я перегонял лунный звон.

Процесс становился уже привычным, и чтобы занять себя я перечислял в уме тот бесконечный список растений, который запомнил в тесте системы. Время сразу потекло пободрее, потому что мозг начал работать.

Капля за каплей, сосуд наполнялся и когда я увидел получившуюся эссенцию, собравшуюся на поверхности, то замер. В отличие от ясень-травы, запах тут был иной. Зайди сейчас в дом Грэм, то и сам бы подошел понюхать то, что вышло.

Я наклонился. Этот конденсат был другим: золотистым, тягучим, с запахом меда и еще чего-то звенящего?..Словно запах, а вернее эссенция имела звук. Когда я ее собирал, то убедился, что мне не послышалось. Эссенция издавала тонкий, чистый звук, на грани слышимости. Видимо, не зря растение называется лунным звоном.

Третья перегонка. Морозник.

И вот тут, пожалуй, было сложнее всего. Конденсат шел тяжело и медленно. Растение очень неохотно отдавало свою эссенцию и капли падали с большими интервалами. Запах тоже был необычным и даже неприятным — горький, с металлическим привкусом, который я ощущал даже не нюхая, а просто находясь рядом.

Оставалась мята.

Через полтора часа на столе стояли четыре бутылочки с эссенциями внутри, с надписями угольным карандашом, чтобы не перепутать. Впрочем, не думаю, что эти запахи можно перепутать, но так хоть была какая-то иллюзия порядка. Может у меня скоро будут сотни бутылочек и скляночек с разнообразными эссенциями и зельями.