Но что удивило меня еще больше, так это то, что пиявка не погибала. Как только она высосала достаточно хвори по мнению Рыхлого, он пересадил пиявку на небольшую палочку и положил перед костром. Однако не спешил сжигать.
Прошло десять секунд…двадцать…тридцать…а пиявка все так же вяло шевелилась, не подавая признаков того, что черная хворь ее пожирает.
— Она ведь не погибла? — спросил я с легкой надеждой. — Чёрная хворь ее не убивает?
— Еще как убивает, — серьезно возразил Рыхлый, — Просто она борется… и я ей помогаю.
Я вдруг вспомнил, как помогал Виа преодолеть черную метку, которая попала в нее. Видимо, Рыхлый делал сейчас то же самое.
С такими же напряженными глазами следил за процессом и Грэм.
Глава 4
Мы втроем смотрели на пиявку затаив дыхание, словно от того, что случится с ней зависит…всё. Она лежала перед костром, чуть шевелясь — не активно, а как-то вяло.
Несколько минут мы молчали, только Рыхлый был напряжен и брови его были нахмурены. Еще через минуту пиявка начала дергаться из стороны в сторону.
— Черная хворь пытается захватить контроль. — процедил Рыхлый, утирая пот со лба.
Очевидно, он пытался удержать контроль над пиявкой. Не знаю как он это делал, но потом, при возможности, стоит расспросить подробнее. Если, конечно, всё увенчается успехом. Возможность помогать существу, зараженному хворью была важна сама по себе.
Еще через пару секунд дергания пиявки прекратились, и я было подумал, что она погибла, но спустя десять секунд она шевельнулась, а Рыхлый выдохнул с облегчением.
— Ну что? — спросил Грэм. — Что всё это значило?
— Плакальщица переборола черную хворь. — коротко сказал Рыхлый.
Грэм рот открыл.
— Нет, черная хворь еще внутри, — поправил сам себя гнилодарец, — Но я чувствую, что теперь туго приходится ей, а не пиявке.
Старик в задумчивости почесал лоб.
— К чему это всё? Почему просто не использовать её и не сжечь?
— Ты не понимаешь, — отмахнулся от слов Грэма Рыхлый, — Сначала она переборет небольшое количество хвори, а в следующие разы для нее это будет проще.
— Хм…
— Кроме того, есть еще один вариант применения пиявки, которая приобрела устойчивость к черной хвори. — подал голос я.
Грэм и Рыхлый удивленно повернулись ко мне.
— Это как со смертельным ядом, который смертельный лишь до тех пор, пока нет противоядия. Так и пиявка: если у нее выработается устойчивость к хвори, значит, есть что-то в ее теле такое, что борется с ней. А значит…ее можно попытаться использовать как ингредиент зелья.
— А ведь точно, — согласился Рыхлый, — Я как-то об этом не подумал.
— Во всяком случае, если пиявки будут выживать, я бы подобное попробовал, — закончил я мысль, — Потому что это может стать не менее эффективным способом борьбы с хворью.