— Как Лорик? — спросил я, вспомнив о его сыне, которого не увидел в доме.

— На заднем дворе\э играется.

Я удивленно приподнял брови. Играется?

— Я тоже был удивлен утром, — признался Рыхлый, заметив мою реакцию. — Но то зелье, что ты дал ему вчера, сработало так сильно, как ничто прежде — ему стало намного лучше.

— Я посмотрю? — уточнил я.

— Конечно.

Мы обошли дом.

На заднем дворе маленький Лорик бегал, пытаясь поймать крупных, пушистых пчел, которыми управляла Майя. Девочка специально заставляла насекомых летать низко, играя с ним. Так это настолько сильный эффект у зелья Эйны?

Когда я провел Анализ, то всё встало на свои места.

[Разрушение духовного корня: Приостановлено.

Срок стабилизации: 3–4 недели.

Затем постепенное возвращение к процессу разрушения]

Всё ясно: то, что дала мне Эйна, не было сильным лекарством, от которого сильно поврежденный духовный корень начнет заживать. Нет, это была лишь временная отсрочка. Зелье было действительно неплохими. Но таким Лорика окончательно не вылечить. Более того, выглядело это зелье как идеальный инструмент контроля. Если бы у меня действительно были серьезные проблемы с корнем, я бы стал зависеть от этого лекарства, и мне пришлось бы каждый месяц ходить к Эйне «на поклон».

Но глядя на то, как Лорик смеется, мне было всё равно какие цели Эйна преследовала, давая мне лекарство. Оно сделало Лорика счастливым, как и Рыхлого, который сейчас с улыбкой наблюдал за сыном. Целый месяц мальчик будет жить нормальной жизнью, без боли. А за этот месяц я должен найти реальное решение. Либо сварить такое же зелье, как получил от Эйны, либо из тех ингредиентов, что добывали гнилодарцы, сварить что-то более мощное, от чего духовный корень действительно начнет заживать.

Я понаблюдал за ребенком и вышел во двор перед домом — там, где сидел, скучая, Клык.

— Дед, — окликнул я Грэма, — Как на счет того, о чем мы говорили?

Старик посмотрел на меня, на Клыка и…вздохнул.

Клык удивленно поднял на нас взгляд.

— Скажи, Клык, — обратился я гнилоадрцу. — Ты можешь помочь моему деду так, как помог мурлыку — выявить проблемы с костями, если они, конечно, есть и вылечить их?

Клык поднял взгляд на Грэма и кивнул.

— Конечно могу. Садись, Грэм.

Дед хмуро опустился рядом с гнилодарцем. Клык обхватил его широкое запястье своими костлявыми пальцами с шипами и закрыл глаза.

Прошла минута. Вторая. Лицо Клыка становилось всё более напряженным.

Наконец он открыл глаза и покачал головой.

— Что? — недовольно буркнул Грэм, — Не нравится мне твой взгляд, говори!.

— Грэм… твои кости, конечно, потрепаны жизнью. — начал он.