— Das khandor urgala! Das urbou zelost! — громкая молитва Элии разорвала тишину. За ней последовал золотой свет, изгоняющий пелену мрака. Тьма взвыла, рассыпавшись пеплом. Факелы снова зажглись, будто только что ничего не было. Лишь ошарашенные лица группы напоминали о пережитом кошмаре.

Чем выше мы поднимались, тем холоднее становился воздух. Сначала изо рта пошли облачка пара, затем доспехи медленно начали покрываться инеем. Начинали сильно замерзать руки и лицо. Лестница превратилась в ледяной серпантин. Чуть оступишься и полетишь вниз пересчитывать скользкие ступени. Пришлось схватиться руками за ледяные перила. Каждое прикосновение к ним оставляло на коже ледяные ожоги. С большим трудом мы поднялись на очередной этаж, покрытый льдом.

— Здесь… — прошептал Нейтан, указывая на пол, где узоры складывались в кричащие или хохочущие лица. — Они наблюдают за нами. Бесовы отродья!

Он первым шагнул вперед — и камень под его ногой провалился, открыв пропасть с шипами внизу. Я с трудом успел ухватить дер Клаузевица за шиворот, чтобы не дать ему свалиться.

— Внимательно смотрите под ноги! — крикнул я остальным, отвесив легкую оплеуху приятелю.

— Ах тыж паскуда! — со страху выругался Мирин, когда в стене напротив его головы открылась ниша и оттуда вылетела огромная сосулька. Если бы не реакция Зарии, он бы уже валялся с пробитой головой.

На этом этаже мы шли как по канату над бездной шли, как по канату над бездной. Друг за другом, шаг за шагом медленно и осторожно. Длинной палкой я простукивал впереди стены и пол, стараясь обнаружить новые ловушки.

Дальше больше. Пройдя этаж, мы снова вышли к лестнице, замерзшей полностью. Ее будто водой полили, потому что ступеней не было видно под слоем льда. Мне пришлось доставать топоры и буквально вырубать новые, узкие ступени. Так мы и менялись, постепенно продвигаясь вверх.

Хорошо, что холод вскоре закончился, как и ледяная лестница.

— Вот же пакостники эти маги были! — возмутился Нейтан, переводя дух у стены. — Я думал лежать в яме это будет самое страшное, а тут все еще хуже оказалось! Правильно, что вы их решили того, — он чиркнул пальцем по горлу.

— Я бы попросила! — возмутилась Зария, подлечивающая руки членов группы. — Или мне тебя не лечить⁈

— Прошу простить, — Нейтан сконфуженно замолчал.

Когда мы вползли на последний этаж, силы покинули даже самых стойких. Зал открылся перед ними во всём своём проклятом величии: гигантский купол, испещрённый звёздными картами, и в центре — пьедестал, окутанный сиянием щита. На нём лежала Печать Богини: диск из чёрного обсидиана, обрамлённый серебряными рунами, которые пульсировали, словно живые