Место это разительно отличалось от человеческих представлений о божественности. Оно напоминало исполинский механизм, работающий на энергии веры и душ, где вместо шестерёнок вращались галактики, а вместо масла текло само время. Здесь отсутствовали привычные понятия верха и низа, лишь бесконечные ряды тронов, парящих в многомерной пустоте, создавали подобие структуры.

И на нас смотрели. Сотни глаз, принадлежащих древним, холодным сущностям, устремились на пришельца. В их взорах не было приветствия или радости от появления нового собрата. Они видели перед собой ошибку в уравнении, аномалию, нарушившую веками установленный порядок. Смертный, посмевший подняться на их уровень силой оружия, вызывал у них смесь презрения и опаски.

— Ты занял место, принадлежащее другому, — голос, звучащий сразу отовсюду и из ниоткуда, заставил вибрировать все тело Тетрина. — Докажи, что способен удержать его.

Испытание началось незамедлительно. Старые боги были слишком горды, чтобы марать руки о выскочку лично. Вместо себя они отправили чемпионов: апостолов, полубогов, конструктов из чистой энергии. На Тетрина обрушился шквал атак, призванный проверить его право на божественность.

Я переживал каждый бой, словно он был моим собственным. Вот на него несётся аватар бога бури — живой, ревущий вихрь, вооружённый молниями. Тетрин не пытается использовать новообретённую божественную мощь, он ещё не умеет ею управлять. Он использует сталь. Идеально выверенный выпад рассекает ядро бури, заставляя стихию распасться на безвредные потоки воздуха.

Следом нападают близнецы-убийцы, слуги бога коварства. Они невидимы, их клинки ядовиты. Но Тетрин, прошедший через ад одиночества и бесконечных тренировок, обладает разумом, монолитным и спокойным. Он чувствует малейшие колебания эфира. Два скупых удара прерывают жизни нападающих, и их тела падают в бесконечную пустоту Чертогов.

Битвы сливались в единый бесконечный поток насилия и мастерства. Тетрин сражался не ради славы или власти. Он бился за право существовать в этом террариуме высших существ. С каждым поверженным противником, с каждой отражённой атакой он завоёвывал крупицы уважения древних богов. И с каждым шагом его душа покрывалась ледяной коркой безразличия.

Наконец он стал признанным богом. Но на этом путь не закончился.

Он искал в великих библиотеках Чертогов способ вернуть любимую, надеясь, что божественные знания дадут ему ключ к вратам смерти. Но вместо ответов он находил лишь бесконечные своды законов, параграфы ограничений и абсолютные запреты.