— Отличная мысль, — кивнул генерал. — Я только захвачу своего любимого плюшевого демона. Для моральной поддержки перед лицом апокалипсиса.
Два генерала на цыпочках покинули зал, молясь, чтобы Великий и Ужасный Кебаб никогда не обратил на них своего взора.
Они и не подозревали, что «Великий Древний» в этот момент ныл о том, что у него чешется фантомный нос, и просил Дариона не использовать его для нарезки сыра.
Глава 13 Последняя страница
Комната особняка утопала в тишине, которую нарушало лишь тихое потрескивание дров в камине и мерное дыхание Тени, свернувшегося на ковре.
Я уже прошёл вместе с книгой кровавый путь гладиатора, ломая хребты чудовищам под рёв восторженной толпы, жаждущей хлеба и зрелищ. Я скользил в непроглядных сумерках рядом с величайшей убийцей, стиравшей имена и память из истории мира ради своей мести. Теперь же передо мной лежала финальная глава этой странной летописи, история самого Тетрина, бога фехтования. Мне предстояло узнать, что произошло в то мгновение, когда голова предыдущего божества покатилась по камням, а смертный занял небесный престол.
Пальцы коснулись шершавой поверхности страницы, и книга отозвалась глубокой вибрацией, словно признавая во мне достойного зрителя. Сознание плавно скользнуло в омут чужой памяти, заставляя реальность уютного кабинета раствориться в белой вспышке. Запах старой бумаги и каминного дыма сменился резким ароматом расплавленного металла.
Я стоял на Плато Безмолвия, ощущая, как горячий ветер треплет волосы. Золотая кровь Аэлона, поверженного бога, дымилась на камнях у моих ног, прожигая породу своей концентрированной мощью. Небеса над головой разошлись в стороны, открывая путь наверх, но вместо ожидаемого света или ангельского пения оттуда спустилась тяжесть, давящая на плечи с силой целой горной гряды.
Тетрин стоял, опираясь на свой простой стальной меч, покрытый зазубринами от величайшей битвы в его жизни. Он победил. Он совершил невозможное, превзойдя само понятие мастерства. Однако триумф на губах отдавал горечью. Я чувствовал его эмоции так же ясно, как свои собственные. В этот момент он ожидал свободы, верил, что божественная сила позволит ему переписать законы мироздания, вернуть Элизу, исправить ошибки прошлого.
Вместо этого перед ним разверзлась бездна обязательств.
Гигантские створки Врат, выкованные из порядка и закона, распахнулись, затягивая новорождённое божество внутрь. Я шагнул следом, не в силах сопротивляться потоку событий. Мы оказались в пространстве, которое человеческий разум отказывался воспринимать адекватно. Это были Чертоги Богов.