Забравшись в сани, бросил на меня подозрительный взгляд.

— Пришла пора вас познакомить, — заговорил Аристарх Михайлович. — Позвольте, я представлю вас друг другу. Это Георгий…

— Можно проще — Жора, — сказал я. протягивая руку.

Тип в шубе фыркнул и отвернулся. Меня окатило запахом дешёвого алкоголя и селёдки.

— А это Алтын, прошу любить и жаловать, — продолжил как ни в чём ни бывало «бизнесмен».

Он добавил, склонившись:

— Не обращайте внимания… Жора. Алтын — надёжный товарищ, но его доверие ещё необходимо завоевать. Уверен, вы обязательно подружитесь.

— Как скажете, Аристарх Михайлович.

С кучером мы расстались возле Столешникова переулка. Аристарх Михайлович рассчитался с ним и отпустил.

Я огляделся.

Мы находились на совершенно пустой и тёмной улице. Город словно вымер. Фонари не горели, а тусклого света из окон редких квартир, где хозяева ещё не спали, хватало лишь на то, чтобы мы с огромным трудом могли разглядеть друг друга и не налететь на столб. Если бы не снежный покров, стояла бы темень хоть глаз выколи.

На душе было паскудно. Я прекрасно отдавал отчёт, что нахожусь в компании двух мерзавцев, на которых негде ставить клейма. Псевдоаристократический лоск Аристарха Михайловича не мог меня обмануть. Уверен, он не последнее звено в шайке Кузнеца. Ну, а Алтын… Я всегда относился с иронией к теории Ломброзо, однако в случае с Алтыном наши взгляды с итальянским учёным-психиатром и профессором судебной медицины совпадали. Гнусный тип, одинаково склонный к грабежам, насилию и убийствам. Меня аж распирало от желания заломать его руку и сдать милиции. Не сомневаюсь, что в том же МУУРе на Алтына имеется обширное «досье».

И всё-таки, чтобы добраться до главаря шайки, приходилось играть и старательно прятать ненависть к обоим гадам.

— Холодно! — Я поднёс озябшие ладони ко рту, чтобы согреть своим дыханием.

— Скоро согреетесь, Жора, — сказал Аристарх Михайлович. — Быстрее, чем думаете.

Алтын коротко хохотнул. Я метнул в его сторону осторожный взгляд и на секунду напрягся. Уж больно смущала пустая улица.

А что — всадят нож в спину и ни одного свидетеля…

Хотя… планировали бы грохнуть, сделали бы это ещё на хате у деда. Там он преспокойно расправился с Фролом и ничего ему не мешало.

— Пошли, — внезапно произнёс Алтын.

И это была первая его реплика с момента нашей встречи.

Он уверенно зашагал вверх по улице.

Шли с полчаса, не меньше. Аристарх Михайлович нарочно отпустил извозчика пораньше, не желал, чтобы тот потом смог бы чего-то заподозрить.

Мы подошли к отдельно стоявшему дому, над крыльцом которого висела табличка с надписью «Ломбард», в конце слова в полном соответствии с правилами прежней грамматики находилась буква «Ер», более привычная нам как твёрдый знак. Здание было одноэтажным, ставни наглухо закрыты. Прямо не дом, а крепость.