Седой спокойно ждал его, хотя сердце, отбивая бешеный ритм, грозило проломить ребра. В тот самый момент, когда азаро прыгнул, Седой тоже ринулся вперед. Приземлился на колени и упал на спину, выставив над собой сверкающее жало клинка. Байтранская сталь с влажным звуком прошлась по летящему над ним огромному телу. Решетов мгновенно поднялся на ноги и развернулся, ожидая увидеть корчащуюся в предсмертных судорогах тварь…
«Твою-то мать!». Хотя из брюха монстра уже начали вываливаться кишки, она и не думала подыхать! Низко опустив голову и уже более не совершая дерзких прыжков, азаро, словно мохнатый танк, двинулся на Решетова.
— Так, да⁈ — рявкнул Седой. — Хотелось бы помучиться перед смертью⁈ Ко мне!!!
Он рубанул, метя в широкий нос псины. Совсем неожиданно азаро молниеносно отпрянул, а потом ухватил зубами клинок и резко тряхнул массивной башкой. Рукоять меча выскользнула из ладони Сергея…
Не медля ни мгновения, пес вновь прыгнул, на этот раз — уже наверняка. Клыки длиною с пару ладоней впились в левое плечо Седого. Словно тряпичную куклу, монстр поднял его в воздух и встряхнул так, что в глазах у Сергея заплясали искры.
«Пиздец!» — пронеслось в голове. — «Поохотился придурок!»
Совершенно неожиданно фатальная растерянность сменилась таким всепожирающим гневом, что Решетова бросило в жар. Взревев, он умудрился развернуться боком к твари и, сжав кулак, что было сил ударил в широкий лоб пса. Правую руку до самого плеча пронзила адская боль! Но… Желтые глаза азаро на несколько мгновений подернулись пеленой дезориентации, а ярость в них сменилась испугом. Тогда, заорав от боли, Седой продолжил бить онемевшим кулаком в лобовую кость зверя.
Находясь на грани потери сознания, он увидел, как Костлявая наложила свою роковую длань на очи зверя. Хватка ослабла. Выронив Сергея из пасти, монстр рухнул на каменистую поверхность, заливая пространство вокруг себя темной густой кровью. Сергей коротко всхлипнул и потерял сознание…
Пробуждение было непереносимо тяжелым. Открыв глаза, Сергей поначалу не мог понять — где он в данный момент находится. Попытался подняться, по привычке опираясь на правую руку, и тут же, пронзительно вскрикнув, упал. С болью вернулась память. Страшная битва, во всех ее ужасающих подробностях, мгновенно пронеслась перед глазами.
Почувствовав, что левой рукой он все же пользоваться может, Седой тяжело поднялся и сел. Левое плечо, практически насквозь прокушенное псом, неимоверно болело и обильно кровоточило. Правая рука повисла, словно плеть, и малейшее движение ею причиняло такую боль, что радужные круги застилали поле зрения.