— И что ты хочешь⁈ — вскинулся Тавр. — Чтобы я вручил тебе меч отмщения и запустил, словно хищника, в святую обитель⁈

Седой тяжело перевел дух и тихо произнес:

— Тавр, я вижу, что ты тяжело болен… И, вероятно, ты все чаще обращаешься к богам Зетро, дабы подготовить для себя местечко в их чертогах. Где тот, мечущий молнии, громовержец, которого я видел при своем первом визите сюда⁈ Ты стал смиренным монахом и поэтому отказываешь в справедливости убитому горем мужу⁈

Седой понимал, что, выходя из себя, он играет с огнем, но остановиться уже не мог. Он поднял взгляд на лорета — глаза того действительно были готовы испепелить дерзкого легату. Но, прошло мгновение, и очи лорета потухли. Он шумно выдохнул и спрятал свое лицо в ладонях.

— Не дерзи мне легата, — сдавленно произнес он. — Я действительно тяжело болен, и боюсь, что осталось мне недолго. А что касается служителей Зетро, то… Пойми ты! Это религия! Это — целый мир! Это десятки тысяч утешенных страждущих! Алкады помогают бездомным, кормят голодающих, лечат больных во времена эпидемий! А ты предлагаешь их всех под нож⁈ Так что ли⁈

Пришла очередь тяжело вздохнуть Седого. Он, тщательно подбирая слова, тихо произнес:

— Тавр, боюсь, что мы с самого начала неверно поняли друг друга. Для поиска убийц и самого заказчика преступления мне необходимо переговорить с Верховным алкадом.

— С алтари Кадусом, — уточнил лорет. — И что ты намерен ему сказать?

— Мне нужна информация, — Сергей полез в сумку и извлек из нее пресловутый плащ с вышитым черным кругом. — Ты когда-либо видел что-то подобное.

Тавр принял из его рук одеяние монаха, тщательно его осмотрел и покачал головой:

— Полагаю — это одеяние убийцы? — Решетов кивнул. — Но, — лорет нахмурил брови, — подобную отметину на плаще алкада я виду впервые… Что это?

— Об этом-то я и хотел переговорить с этим… как его — Кадусом! А болваны, которые охраняют аудиенцию, сулят мне встречу с ним лишь через десять дней! Заметь, вероятную встречу!

Тавр нахмурил брови, с минуту постоял — соображая, а потом затрясся всем телом. Он упал на свой трон, продолжая биться в конвульсиях. Седой с тревогой схватил его за руку:

— Лорет, что с тобой⁈ Тебе плохо⁈

И только тут до него дошло, что Тавр Справедливый трясется от безудержного смеха. Он отпустил руку правителя и пробурчал:

— Ну, хоть потешил Великого лорета! Можешь не благодарить…

Отсмеявшись, Тавр сдавленно произнес:

— А уж я-то грешным делом подумал, что ты возжелал вырезать всю Верховную резиденцию алкад!

— Будь я таким отморозком, она была бы уже вырезана, поверь мне… — проворчал он.