— Я имею в виду, вы не поверите, от каких предложений мне приходилось отбиваться, особенно гидрологических, по разработке водоносных горизонтов и прокладке каналов от полярной шапки… — А теперь, — быстро сказал Пул, чувствуя, что Грантт, всегда словоохотливый человек, в эти дни проводит слишком много времени в одиночестве, — ты сам сделал предложение. О миссии к Тайнику. — Да! Послушайте, вы как раз вовремя. Я просто жду окончательного подтверждения, что Тайник действительно направляется к точке Лагранжа — L5, если быть точным. На самом деле я получил большую поддержку от правительства — имея в виду региональный совет Марса — они всегда стремятся поддержать проекты, которые повышают престиж планеты. — Вы имеете в виду, — сказала Никола, и Пул теперь знал ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она лукавит, — такие проекты, как ваше исследование решетки. — Да! Хотите пойти посмотреть? Не снимайте скафандры… После этого его уже нельзя было остановить. Он запечатал свой собственный скафандр и повел их обратно в пустыню, не обращая внимания на разгорающуюся вдалеке битву в космической опере. Тем не менее, это была замечательная история, которую он должен был рассказать. Все началось с жизни, мало чем отличающейся от земной — вероятно, это было связано с вирусами-мигрантами, распространившимися между мирами в результате падения метеорита — жизни, которая процветала в соленых морях молодого Марса. Мало чем отличающаяся от земной жизни, но иная в важнейших деталях, в частности в своей биохимии. На Земле, как и на Марсе, примитивная жизнь когда-то использовала варианты гигантской молекулы РНК как для передачи своей генетической информации, так и для построения структурных компонент живых существ. Эта отправная точка считалась обычной, сказал Грантт; теплый суп из РНК был продуктом относительно простой химии и, вероятно, мог появиться в любом мире, где есть углерод, азот, водород, кислород. На Земле эта примитивная система, в конечном счете, эволюционировала, чтобы использовать белки в качестве строительных блоков и ДНК для передачи генов, при этом РНК задействована только на периферии. Жизнь на Марсе — почти сразу же под давлением ухудшающегося климата, поскольку планета, слишком маленькая, слишком удаленная от Солнца, начала замерзать — была вынуждена адаптироваться быстрее, и вместо этого развила высокоэффективный вариант первичной системы РНК. — Затем, физически, когда Марс остыл и высох, а поверхность стала непригодной для жизни, жизнь последовала за водой, когда