Вопросов было больше, чем ответов. Но одно я знал точно — нам нужно действовать очень осторожно. Потому что цена ошибки сейчас была слишком высока.

Я достал кристалл связи и сконцентрировался на вызове Виктора. При этом внимательно наблюдал за ним, прикованным к фонтану. Реакция последовала почти сразу — едва заметный, но уверенный кивок головы.

«Ага,» — отметил я про себя, — «значит, он уже знает о нашем присутствии. Уже хорошо.»

Однако этот минимальный жест не остался незамеченным. Несколько разрушителей, дежуривших поблизости, проявили настороженность. Их внимание мгновенно сконцентрировалось на пленнике, руки потянулись к оружию.

Но Виктор среагировал мастерски — он начал медленно поворачивать голову из стороны в сторону, словно разминая затёкшие мышцы шеи. Простое, естественное движение человека, долго находящегося в неудобном положении. Этого оказалось достаточно — вспыхнувшая было паника среди охранников утихла.

«Кир,» — мысленно обратился я к напарнице, — «попробуй подцепить ближайшего охранника воздействием. Нужно как-то донести до Виктора, что мы готовы к действию.»

Кира сосредоточилась, нацелив свою способность на охранника, который находился прямо под нами — у стены здания, на крыше которого мы затаились. Я наблюдал за её работой — тонкой, почти незаметной манипуляцией чужим сознанием.

Прошла минута напряжённой концентрации. Наконец Кира выдохнула и утвердительно кивнула — получилось. Охранник внизу начал двигаться, и выглядело это абсолютно естественно. Никакой механистичности или неуклюжести — просто человек, решивший сменить позицию.

Он плавно продвигался в сторону Виктора, как бы между делом патрулируя территорию. Подойдя на несколько метров к пленнику, охранник внезапно произнёс достаточно громко, чтобы слышали остальные:

— Мы на тебя все равнялись, как ты мог предать Главного?

Виктор не ответил, сохраняя всё то же невозмутимое выражение лица. Остальные охранники, убедившись, что это просто очередной выплеск эмоций от «преданного» соратника, быстро потеряли интерес к происходящему.

А затем охранник, понизив голос до шёпота, добавил:

— Мы готовы, ждём сигнала.

Виктор в ответ медленно, но отчётливо покачал головой — отрицательно. Охранник, словно очнувшись от наваждения, поспешил отойти подальше, возвращаясь к своему обычному маршруту патрулирования.

«Ну что ж,» — я переглянулся с Кирой, — «он явно дал понять, что нужно подождать.»

Это вызывало новые вопросы. Почему ждать? Чего именно мы ждём? Но если Виктор считает, что сейчас не время действовать — значит, у него есть на то причины. За то время, что мы его знали, он ни разу не ошибался в тактических решениях.