– Господа офицеры, – призвал к порядку командующий. – Я собрал вас всех тут, потому что скрыть от личного состава факт гибели их товарищей нам не удастся. И по совести, это бы стало неправильным. Но на завтра намечены еще два боевых вылета. В них будут задействованы пилоты и рейнджеры, чьи земляки и друзья, может быть, даже родственники, погибли сегодня. Командование обращается к вам с убедительной просьбой: постарайтесь поддержать моральных дух подчиненных. Не дайте скорби превратиться в отчаяние. Никакого пьянства, паники или пораженческих настроений. За этим я прошу вас хорошенечко проследить. Очаги стихийного разброда ликвидировать самым решительным образом. Все свободны, господа…

После краткого совещания Станислав вместе с озабоченным, мягко сказать, адмиралом проследовал в Центральный Зал Управления. Оттуда в соседнее с ним помещение Центрального Поста Внешней Связи.

Пока Накамура беседовал с ответственными офицерами, дежурными связистами и экспертами, затем докладывал о потере в Совет, Станислав внимательно изучал множество памяток, инструкций, схем, таблиц и другой вспомогательной информации, пестрой аппликацией в изобилии представленной на стенах просторного зала. Не складывалась в мозгу Родимова логическая цепочка.

После внедрения захваченной у сервов технологии импульсной передачи шифрованных сообщений случаев перехвата информации не было. Невероятно сложно поймать сигнал, летящий со скоростью, превышающей скорость распространения радарных волн.

Если «Барракуда-16» доложила о благополучном выполнении задания, значит проблемы с преследованием у команды рейнджеров не было. Как же случилось, что защищенная системой радарной невидимости «Барракуда» была обнаружена охотниками? Неужели сервы нашли способ преодолеть «Фантом»? Ничего не складывается.

Вдруг Родимова осенило, а от сделанного открытия Стас поневоле вспотел… Михо! Где-то внутри Станислав отогнал от себя тревожную мысль. Но! Он же сам говорил другим, что разумного человека отличает от дурака среди прочих факторов умение принимать реальность. А реальность была такова, что «Барракуда-16» на сегодня являлась единственной машиной, покинувшей ангар. Выходит – уже навсегда.

Вспомнив о Михо Драгиче, командор на время отбросил рассуждения о причине гибели «Барракуды». Сейчас на первый план вышло состояние Кимберли. Интересно, она уже знает о случившемся?

На пару секунд Родимов замер посреди переходного мостика, ведущего к лифтам. Времени с момента, когда командор простился с командой, прошло достаточно. Часа полтора не меньше.