Поп же, под присмотром наших пацанов пошарил в стоящем в углу большом шкафу и вытащил оттуда большой рулон. Рулон оказался огромным куском бумаги.

Борис и Верн по кивку Альпина выдернули из-за стола ещё троих мужиков. Все в голах, тоже какие-то накидки на плечах, попы не попы не знаю, но скорее всего авторитетные товарищи. Их к попу, пацаны притащили стол, вон они там что-то пишут на этих листах. Альпин снова сказал пару фраз. Требовательных таких.

И тут из-за стола кряхтя поднялся дед. Деду за 70 годков точно, весь седой как лунь, на палку опирается, на шее на одежде висит здоровая такая золотая цепь с медальоном. Почмокав губами и вздохнув, дед первый поплёлся к столу с попом. Подошёл, посмотрел на Альпина и ничего не сказав принял из рук попа перо, раз, макнул его в чернильницу и поставил свою подпись.

Тут я заметил, как Альпин краешками губ улыбнулся, отлично, значит процесс пошёл. Поставив свою подпись, дед отошёл и встал в сторонке. За дедом процесс пошёл веселее. Из-за стола так же начали вставать и подходить другие люди. Всего 20 человек, среди них оказалось и три женщины, эти вообще, как новогодние ёлки были увешены драгоценностями.

— Грач — шепнул я ему наблюдая за процессом подписания документа.

— Чё?

— Скажи пацанам, чтобы украшения с этих господ не снимали.

— Ты же сам хотел их в качестве трофеев взять.

— Хотел, но не надо, не комильфо будет. Альпин думаю нас и так отблагодарит. Сделают нам такие же если нужно будет местные ювелиры.

— Ну, то же верно. Мушкетёров первых предупрежу, а то они уже вон на тут тётку глаз положили.

Грач показал мне на неё кивком. Тётка сидела за столом одна, на шее, в ушах, на пальцах сплошные браслеты, серёжки и цепочки, да и на голове на волосах ещё какая-то цепочка, которая так и блестела, и манила к себе взгляды. Я даже боюсь представить, сколько у неё там бриллиантов и за сколько эту цепочку можно в Лос продать.

Наконец процесс подписания закончился. Эдуард совсем поник. Его жену парни отвели в угол ко всем. Затем этот поп с фингалом взял в руки этот лист и развернул его как в кино.

Снова действуют пацаны Альпина. К окнам подогнали нескольких музыкантов с трубами и троих других мужиков. По команде музыканты начали дуть. Звук от их инструмента мгновенно разнёсся по всей площади замка. Громкие дудки то оказались, потом барабанщики барабанить начали. Когда и те, и другие затихли, я понял, что за окнами наступила сплошная тишина, даже птицы замолчали. Видимо все там снаружи услышали эти музыкальные инструменты.

Не выдержав, я аккуратно подошёл и выглянул в окошко. Точно, народ вон по выползал из всех щелей и теперь стоит и смотрит на окна. В нескольких местах из разрушенных зданий поднимается дым, одно вон уже потушили. Здания, где были их ворота нет, груда камней.