Он стоял с биноклем, смотрит вон куда-то, вернее обозревает окрестности.
— Вон там — не оборачиваясь сказал он мне, оторвав бинокль от глаз и показывая рукой — наш дом. Километров 100 до берега, там среди небольших островов — он сделал жест рукой как змею показывают — шлёп, шлёп и дом.
— Вы же знаете, у нас другая цель.
— Знаю — кивнул он — просто говорю. Ты прав Саша, нам нужно к вам. Эти здоровые хлопцы — он усмехнулся — как называет их Слива — рассказали нам кто вы и откуда.
Ну да, мы же в их деревне им тоже рассказывали из какого мы мира и что у нас там к чему.
— Так что идём к вам — продолжил капитан — а потом уже будем думать, как доставить всех домой.
— Доставим обязательно. Как рука?
Он посмотрел на свою левую перевязанную руку, немного пощупал её, еле заметно сморщился и ответил — фигня, заживёт, как на собаке.
— Вы бы поспали, вроде спокойно всё, а путь неблизкий.
— Посплю, позже. Сейчас ребята с движком закончат и посплю. Иди отдыхай, мы ещё подежурим, потом выспимся.
Ещё раз вздохнув, я пошёл вниз. Поворот, спуск, лестница, ещё поворот. В коридорах пусто, народ дрыхнет. Ещё один поворот и вот наша каюта. Потихоньку открываю дверь и захожу. Слива вон уже свернулся калачиком и дрыхнет. Скинув ботинки и куртку, ложусь на соседнюю койку. Мне кажется, я заснул ещё до того, как моя голова коснулась подушки.
Глава 5
Александр. 1 мая. Утро. Корабль.
Плывём, или как говорят моряки, идём, уже 4-й день. По расчётам нашего штурмана, который оказался весёлым и компанейским пареньком, до полосы нам осталось несколько часов хода. За эти несколько дней плавания, на нас никто не напал, не преследовал и наблюдателей парапланеристов мы не видели.
Я боялся произносить вслух. Но неужели пронесло? Неужели мы вырвались, и преследователи просто не знают где нас искать.
Народ вон тоже весёлый по кораблю ходит, дети стайками бегают, девушки на камбузе весело хохочут.
Я стою на носу корабля после плотного и вкусного завтрака и смотрю вниз, смотрю как форштевень как нож режет волны. Погода просто замечательная, где-то плюс 23–25, ветерок приятно обдувает лицо. Наблюдатели на своих местах, то и дело смотрят по сторонам и за небом в мощные бинокли.
Все эти дни мы спали, ели, отдыхали, да много чего было. Ещё раз всё мыли, капитан-таки нагрузил нас работой, чтобы, как он сказал, жирком не начали заплывать, и корабль ему показался грязный.
Сказал, что он, то бишь корабль, всегда должен быть в чистоте. Даже дети и те, лазили с тряпками где только можно и всё протирали, и делали они это с огромным удовольствием. Ну а мы тёрли швабрами палубу, да если честно, мне самому вот так в кайф было тряпкой помахать. После уборки капитан с деловым видом прошёлся по кораблю, сморщил нос, потыкал пальцем, сказал плохо помыли, мля, короче понеслась всё по новой.