— Принимайте — кричит кто-то из наших.

Повернув голову увидел, как наш капитан стоит на капитанском мостике и командует.

Двое наших матросов на тросах опускают на палубу этого корабля небольшой генератор, ещё четверо тащат две огромные тепловые пушки и кабеля. Генератор остаётся на палубе, кабеля и пушки спускаются в трюм.

Кристоф и Риф громко кричат на французском показывая на генератор французам. Его тут же запускают, те из французских матросов что были рядом, в момент, когда он завёлся бросились в рассыпную, двое опять чуть за борт не свалились.

Стук молотков в трюме мгновенно прекратился, раздались наши маты и опять там начали стучать. Сейчас эти две пушки весь трюм натопят.

Вон наши тащат инструмент, из трюма "Константина" вытаскивают доски и передаются сюда.

— Пошли Саня — встаёт Слива — нам тут больше делать нечего, сами справятся.

Тут он прав, наши мужики вон уже по одному перебираются на борта Антареса и "Константина"

Ох какой же это кайф скинуть мокрую обувь, носки и штаны и сунуть ноги под тёплую водичку, согрели ноги, переоделись. Слива откуда-то из-за шкафа достал фляжку, а Леший из-за за пазухи вытащил одну из бутылок, которые раздавали на палубе.

— Чё там хоть? — спросил я, а Слива облизнулся, тут же закрутил пробку на своей фляжке и сунул её назад.

Чпок, Леший выдернул пробку и понюхал содержимое.

— Хрен его знает, вроде Ром, на Слива пробуй.

Тот без промедления взял пузатую бутылку и сделал глоток, мы аж притихли, смотря на него.

— Ром — вынес вердикт Слива — и очень хорошего качества.

— Ну ка дай — отбираю у него бутылку и делаю глоток.

Ух как пошло то. Пищевод сразу обожгло, точно Ром и хороший. Потом попробовал Леший и Няма, бутылку выпили мгновенно.

— Нужно будет у них ещё попросить — произнёс Слива держа в руках уже пустую тару.

— Там кажется в трюме бочки с ним у них есть.

Выходим назад на палубу. Наши два корабля стоят с двух сторон бортами к этому французскому кораблю. Его название не вижу. Французы как муравьи облепили две оставшиеся мачты, стучат молотки, вон и наших парней несколько есть. Пилят прям на палубе доски, а французы во все глаза пялятся на эти действия. Отпиленные доски опускаются в трюм. Старшие этого корабля то командуют, то так же смотрят на наши инструменты. Наш переодетый боцман тоже уже у них на палубе, вот же человек то, орёт на всех подряд размахивая руками, и его все слушают. Там же Риф, вон из люка выныривает Луи, за ним Кристоф, вытаскивают капитана того корабля.

Из другого люка французы вытаскивают большие рулоны парусины, ага, паруса новые. Старые и порванные уже сняли, сейчас будут новые вешать.