Я ощущал боль своих фамильяров. Мы оба успели отозвать раненных духов. Но королевская виверна всё ещё была готова к бою и желала убивать. Казалось бы, забрезжил свет, но… всё плохо.
— Прочь!
С криком Барона с его кинжала сорвался алый снаряд, ударивший в днище флаера. Послышался скрежет, и машина с грохотом рухнула в лес.
А меня повело из-за перегрузки. Казанский не упустил шанса.
Алой кометой он метнулся ко мне, в один момент оказавшись на расстоянии вытянутой руки. Серое лезвие вошло в левую часть груди — клинок пронзил меня насквозь.
— Добегался, ушлёпок, — прошипел мне в лицо Барон и выдернул меч.
Глава 14 Это всего лишь царапина
Я ощутил, как странная магия разъедает моё тело. Меч пронзил меня насквозь, несколько секунд сжигая тело изнутри. А затем мафиозный босс выдернул артефактный клинок.
Внутри холодело, кровь обильно хлынула наружу. Да и биения сердца не было. Я опустился на колени, но не позволил себе упасть.
Противник уже не смотрел на меня, направляясь к флаеру.
«Осборн, не смей подыхать! Я не хочу умирать! Ты обещал мне силу, слышишь⁈ Обещал вернуть сестру! Ты же хотел спасти свою стаю!»
На крики Чешуйки я лишь слабо ухмыльнулся. Во рту ощущался металлический привкус, и я сплюнул сгусток крови.
«Интересный порядок важности. Очень честный для тебя. Забери у Романа накопитель».
Я втянул энергию всех семи мю-кристаллов, которые раньше не трогал. Духовное сердце ненадолго наполнилось мощью.
Барон… ты не совершил ошибку павлина Никса. Ты был решительным, пользовался всеми возможностями и множество раз почти убил меня. И когда всё же нанёс фатальную рану, оставил медленно умирать. Одарённые, чьё тело усилено, могут какое-то время прожить и без сердца и других жизненно важных органов.
Но моё настоящее сердце четыре долгих года назад уничтожило без следа существо, для которого ты не более, чем назойливая мошка. Сейчас я вообще не могу в полной мере считаться человеком.
И всё же я невероятно слаб и почти без резерва. Тонкий, аккуратно преобразуемый поток силы из энергокристаллов давал слишком мало и мне требовалось время на регенерацию.
Я не бессмертен в плане получения ран. Это далеко не так. Просто намного менее хрупкий, чем обычные люди.
В роще у флаера началась битва. Мелькали алые импульсы, со свистом летали каменные снаряды, крушащие стволы деревьев. Чешуйка пролетел к Роману и вцепился в сумку на поясе. Тот едва не ударил фамильяра в ответ.
— Отдай ему! — с трудом крикнул я, усилив голос маной.
Мне он нравится: немедленно отцепил коробку и виверна, используя лишь свой резерв силы, воплотилась и понесла накопитель мне.