По другую сторону мира меня беспокоили ещё меньше. Яна не звонила, в отличие от Марии Харитоновой, решившей напомнить о себе, явно предлагая своё общество на вечер. Даже зачем-то жаловалась как ей надоело чрезмерное внимание Успенского. Это уже было странно. В любом случае я вежливо отказался.

— Мне не мешать даже если начнётся апокалипсис, — попросил я, раскладывая предметы. — И, надеюсь, камер тут нет, потому что скоро они могут сломаться.

— Ищи сколько хочешь, — спокойно ответил Соколов, с интересом рассматривая всё, что я выложил.

— Не беспокоить, даже если откроется разлом, из которого выйдет «титан»? — со смешком спросила Вика.

— Даже если «Владыка». Потому что если вы меня оторвёте, то на месте имения останется воронка, — совершенно серьёзно ответил я. Смешки становились всё менее уверенными. — Поверила и осознала?

— Осборн… а давай ты не будешь заниматься этим здесь, — посерьёзнел Соколов.

— Больше негде. Не волнуйтесь, я утрирую. Это как сидеть на ящике взрывчатки. Если его не поджигать, то всё безопасно.

Мафиози выругался — тихо, но очень цветисто.

— И часто ты сидишь на взрывчатке? — поинтересовалась Вика.

— Мы все сидим. На очень, очень большом ящике и он уже тлеет. Блаженство в неведении, — напустил я загадочности и, конечно, не давал пояснений. Пусть гадают и строят теории.

Клятвенно заверил, что эвакуировать людей из здания не нужно. Но как бы ни зашкаливали сенсоры на ману — мне мешать нельзя!

Дверь заперлась изнутри. Я достал небольшую коробочку, похожую на строительный лазерный уровень. Она испускала тончайшую стену света, и я прошёлся с ней по стенам комнаты. Матрицу микро-камер это гарантированно сожжёт. Благодарен Демьяну за такую подсказку.

А теперь посмотрим, какой подвиг в плане магии я совершил.

В установке элитного нагнетателя был начертан рунный круг. Основной узел на диске с огромной сферой из сверхпрочного прозрачного минерала, которую собрал Маркус — множество цветных кристалликов и осколки сущностей с нейтральной стихией.

Принятый нейростимулятор начинал действовать. Спасибо Соколову и тому, что он не убил Сухова — алхимика, изобрётшего стимулятор. Само собой, своё изобретение он продемонстрировал на себе, и побочные действия там впечатляющие… но духовное сердце их сгладит.

Сознание стало кристально ясным, мир как будто замедлился и добавил остроты.

Я снял новую маску, скинул мрачное пальто и заранее сморщился. Сев в центр поочерёдно, с небольшими перерывами, влил в себя эликсир из бессмертной омелы… обошедшийся мне в девять с половиной миллионов с работой алхимика. Разбавленная вытяжка из эфирной ирги для укрепления меридианов. И наконец обычный «эликсир прорыва». Слабоват, но сравнительно дешёвый.