Бросив все силы на контроль поглощения магической силы моего противника, я потерял равновесие, осев на землю в обнимку с трупом. Мозги вскипели, перестав адекватно воспринимать реальность. Все-таки практические эксперименты по поглощению с помощью духовных клинков нужно было начинать с кого-нибудь попроще. Но этот гаврик мне просто не оставил других вариантов. После его нападения играть в благородство и оставлять его в живых было бы форменной глупостью. Зато я вновь смог увеличить свой резерв, заодно прокачав один из костяных кинжалов. Хотя, глядя на отливающее серебром лезвие, его сложно уже идентифицировать как костяное. Материал прошел множество мутаций, кратно увеличив плотность и структуру, а также обретя подобие памяти. По крайней мере теперь клинок в состоянии залечивать полученные в бою повреждения. Конечно, с моей помощью, но все же. Брат Чэнь вообще намекал, что в будущем напившись крови моих врагов кинжалы обретут самосознание. Но это пока за гранью моего понимания. Так что я скорее обрадовался, наблюдая, что выпивший вражину ножичек пока не высказал желания обсудить со мной погоду и меню на завтра.

Забросив неестественно посеревший труп в хранилище, я продавил пространство и переместился одним прыжком к своим. Здесь тоже все завершилось в нашу пользу. Да и бой в низине уже клонился к логическому завершению. Отряды охраны добивали последние очаги сопротивления из не успевших разбежаться дезорганизованных тварей. Среди сновавших по долине бойцов резко выделялась огромная фигура каменного голема. Дарник, видимо, решил тряхнуть стариной, и самолично принять участие в разгроме супостатов. Он азартно гонял остатки засадного полка крупных химер, тех самых, что должны были вступить в бой после того, как защита каравана схлопнется.

Клыкастые твари с броней словно у боевых скарабеев были на порядок смертоноснее. Но геоманта дополнительные трудности, казалось, только заводили. Подпрыгивая как Халк, он энергично молотил пудовыми кулачищами, с треском проламывая бронированные черепа тварям, потерявшим внешний контроль. Зачастую после его эпических ударов сверху от чудовища оставалась лишь мокрая лужица да десяток судорожно дергающихся лап.

Мои соратники уже закончили стреноживать выживших пленников. Среди них обнаружилось несколько сдавшихся одаренных, поблескивающих артефактными ошейниками подчинения. А вот остальные их товарищи предпочли плену перерождение. Но это их осознанный выбор. Закинув тела этих принципиальных придурков к себе, я поспешил вниз по склону за нашей небольшой процессией.