Я оказался быстрее, схватив свою реплику колониальной каски, за которую пришлось отвалить немалые деньги одному ворчливому умельцу. Мелкий воришка, лишившись законной по его мнению добычи, недовольно оскалилась, показав ряд мелких, но весьма острых зубов, и одним прыжком умчался прочь, растворившись в густой бордовой листве ближайшего дерева. Его ветви мягко зашелестели над моей головой, словно смеясь над этой сценой.

— Пятый раз на этой неделе. Наверное, пора повысить ему зарплату! — философски отреагировала на этот инцидент, мастер чайных церемоний.

Продолжив напевать себе под нос незатейливый мотив и пританцовывать, она подкидывала в фарфоровый котел разложенные перед ней ингредиенты. Её тёмные пальцы с синеватыми ногтями ловко перебирали разложенные на бамбуковой циновке травки, соблюдая одной ей известную последовательность. Подавив скепсис, я наблюдал за этим действом, надеясь, что орушанка действительно разбирается в своем деле, а не просто отрабатывает аниматором перед заезжими туристами.

Не хотелось бы отправиться в лучший мир, из-за неудачно подвернувшегося листочка, который походя сорвала блохастая мартышка, дабы обменять на сладости. Но загорелая аборигенка с копной непослушных дредов ритмично притопывала босыми ногами и периодически подбрасывала в воздух щепотку, серебристо-блестящей пыли. Не выказывая признаков сомнений, она запихала всю полученную траву с листочками в емкость, приправив сверху фруктовыми кусочками.

Расположившийся напротив Марвен сохранял олимпийское спокойствие, взирая на проходящую церемонию. Его пухлые пальцы были сложены в медитативной мудре, а на губах играла лёгкая улыбка. Мне кажется, или его и вправду не смущает, что наш напиток готовиться по рецепту «чего нашла обезьяна, то и в котёл пошло».

— Ты уверен, что хочешь это пить? — не выдержав, шепнул я ему.

Марвен лишь поднял палец к губам:

— Ш—ш—ш… Это часть церемонии.

В этот момент бариста с торжествующим видом бросила в котел последний ингредиент, что-то похожее на маленький склизский гриб. Жидкость в сосуде по особенному забурлила и сменила цвет.

— Готово! — объявила она, с довольной физиономией процеживая дымящийся напиток.

Я глянул на подозрительную жижу, по поверхности которой расползалась радужная пленка, как от нефтяного разлива. Затем на невозмутимого Марвена, который нетерпеливо сжимал пустой стакан. Что ж… Когда в следующий раз скажут «экзотический чай», я трижды подумаю. Вообще невежливо отказываться, когда тебя приглашают на деловые переговоры совмещенные с чаепитием. К тому же, по утверждению этого пожилого гнома, который излишне фанател от местных травок, данная едальня была лучшей в округе.