— Постарайся не лезть в заварушку. Побереги себя, хорошо? — успел я дать последние наставление замершей рядом со мной рыжеволосой, прежде чем огромная тварь явила нам себя.

Местная реинкарнация Тирекса тоже разглядела наш уменьшившийся отряд и довольно заревела. Предвкушая вкусную трапезу, зверюга прибавила ходу, звонко клацая массивными челюстями. Не глядя, сдернул болтавшийся на поясе жезл и, решив не мелочиться, сразу влил в него побольше манны, отправив огненное копье в зубастую морду. Увы, тварь успела среагировать, и снаряд задел её лишь вскользь, заставив хрипло взвизгнуть от неожиданности. Маленькие глазки хищника, запылав чистой яростью, быстро отыскали мою фигуру. Тирекс чуть подкорректировал свою траекторию, видимо, решив изменить очередность потребления мясных деликатесов. Сзади с шелестом извлекла свои клинки Рагванна и, звонко постукивая ими, зашипела, настраивая себя на битву.

Второе огненное копье направилось пониже, прямо в грузное тело приближающейся твари. Но и тут случился облом, кожаные пластины этого клыкастого мастодонта с честью выдержали удар, лишь слегка подрумянившись. Кто бы сомневался, зверюшка явно непростая и, помимо природного бронирования, имеет и магический покров. Вот только времени на то, чтобы его еще раз как следует шарахнуть, у меня не оставалось. Вспыхнул защитный барьер, принимая удар многотонной туши, и наш рыцарь с громким матом отправился в бесславный полет, скрывшись в тропических зарослях. От неожиданной зуботычины ящер поплыл и, не удержавшись на лапах, пропахал несколько метров на брюхе.

Его бесславное падение должно было закончиться у моих ног, но я оперативно ретировался, прыгнув на десяток метров за спину твари. Обернувшись, я собрался отправить в выжившее ископаемое чудовище пару кристалликов с заготовленными печатями, но все испортила Рагванна. Она с шашками наперевес, как лихой казак, накинулась на поверженного исполина. Не знаю, на что змеелюдка надеялась, но сходу обнулить зверюгу она не смогла, хотя шкуру ухитрилась подпортить. Хищные мечи со свистом врубались в стыки природной брони, во все стороны брызгала бурая кровь, но гигант от боли стал только еще сильнее яриться. Ревя от возмущения, он пытался подняться на ноги, заодно отгоняя от себя назойливую змеелюдку своим длинным хвостом. Рагванна демонстрировала чудеса гибкости, уклоняясь от размашистых ударов. Добавлял сюреалистичности их битве дождь из жирных кусков земли, которые со сочными шлепками падали сверху. Щитовой барьер Рашида для устойчивости укоренился в грунт, но тут почва была очень рыхлой, вот и вырвало приличную полосу от удара этой туши.