Короче, убыли мы только на следующее утро, кое-как приведя себя в порядок. Процедура отработанная, но крайне неприятная. Если остальным можно было не утруждаться с полным исцелением, лишь бы на ногах держаться, то мне без свежей головы не обойтись. Требовалось очистить каждый нейрон, дабы не затеряться всем отрядом, улетев сбившимся порталом, к «черту на кулички». Доставив похмельного Манрика, с вызвавшимся сопровождать его дядькой в Кан’Минас, сдал их на руки Мильвии. Сам ушел отсыпаться, пусть без меня разбираются кто, кому, и сколько должен.
Поднявшись с тяжелой головой, на ощупь поплелся в душ, смыть остатки сна и липкий налет побочки от применения противопохмельного зелья. Приведя себя в относительный порядок, я наскоро заглотил яичницу, щедро приправленную острыми специями, в надежде окончательно избавиться от легкой сонливости. Почувствовав как жизнь заиграла новыми красками, неспешно направился к одному из местных кузнецов-умельцев. Этот мастеровой специализировался на ремонте повозок, которые часто страдали от перегруза у жадных торговцев. Его заведение идеально подходило для предстоящей работы.
Мастерская встретила меня раскаленным дыханием автоматического горна, натужно пыхтевшего в одном из углов. Он отбрасывал пляшущие блики на выщербленные каменные стены, пропитанные копотью и увешанные причудливыми инструментами. Необычные ятаганоподобные зубила, двуручные молоты, даже присутствовал набор алхимических паяльников, мерцающих остаточным синим свечением.
Во дворе выгрузил из своего хранилища артефактную вагонетку, одну из тех, что мне всучили для починки. Не самый бюджетный способ транспортировки руды. Его приходилось использовать для доставки ценных руд к главным транспортным артериям. Не вручную же её таскать? Вот четыре таких тележки мне и предстояло привести в божеский вид. Пара из них прилично пострадала, по всей видимости побывав под завалами. Еще две накопили критическую массу мелких повреждений, что и вывело их из строя в конечном итоге. Как ни странно, возможность поработать руками меня даже воодушевила. Видимо, вспомнился дом и дядькин гараж, где я часто зависал с друзьями.
Хозяин мастерской, канонический коренастый тип с руками, испещренными шрамами от окалин, ковырялся в разобранной тормозной системе какой-то повозки. Выслушав меня, Эльдрик хмыкнул и молча ткнул грязным пальцем в сторону свободного рабочего места.
Первая вагонетка внешне имела минимум механических повреждений, пара глубоких царапин да чуть погнутый левый борт. Провозившись с ней часок, смог разобрать и демонтировать артефактный узел, оставшееся всё равно передал Эльдрику. Пусть подправит и наведет лоск. Время и суровые условия эксплуатации не лучшим образом сказались на тележке. Так же поступил и с остальными вагонетками. Правда две последние заставили серьезно помучиться.