— Доброго утра — проговорил я, проведя по волосам ночной подруги.

— Доброго — улыбнулась мне она, не спеша снимать ногу, которую по хозяйски закинула на меня во сне.

— Надо вылезать из под одеяла — проговорил я — Да и тебя наверно уже ждут.

— Не уверена, что вообще хочу к ним идти — забавно сморщила моську девушка — Один день отработала и уже по лицу получила.

— Не самое удачное первое впечатление — усмехнулся я — Почему вообще сюда устроилась-то?

Вопрос был не праздный. Во-первых вообще не все дамы в городах работают, скорее таких меньшинство. Обычно их выдают замуж и они благополучно становятся домохозяйками. Тут конечно приграничная крепость, а не полноценный средневековый мегаполис, но сути дела это не меняет. Во-вторых конкретно эта девица имела слишком уж боевитый характер с весьма странными личными границами для окружающих реалий. Тут припортовая таверна, у которой на вывеске сисястая змеедева, а подавальщицы в полном составе греют морякам и наёмникам постели. Так уж заведено в подобных местах. Потому разбивать кувшин о голову посетителя, всего лишь полапавшего задницу, мягко говоря странно.

— Ночью ты не спрашивал — немного грустно улыбнулась она.

— Ночью ты мне тоже особо вопросов не задавала — проговорил я, слегка прижав Исандель к себе. Занимались мы под светом луны, льющимся из окна мы действительно другим и с полным взаимным удовольствием — Но сейчас мне правда интересно.

— Деньги мне нужны, маг — сказала она — Раньше их зарабатывал отец, он десятником дружине был. Но пол года назад погиб в рейде и с тех пор в замке житья от одного жирного полусотника не стало. А Зирмин, что эту корчму держит, с отцом дружен был. Думала будет лучше.

— А чего в торговки или ещё куда не пошла? — приподнял я бровь.

— А ты тут большой рынок видел? Да и чем мне торговать? — вопросом на вопрос ответила она — Все места давно местными заняты. И у одних жёны не велят молодух брать, а другие наоборот мне под юбку залезть хотят. Боровы жирные. Служанкой пыталась пристроиться, так та же история. Тут хоть Зирмин разрешил самой выбирать, тех кто мне по нутру придётся.

— А я значит пришёлся? — улыбнулся я, опуская руку на упругую попку подавальщицы.

— Молод, умыт и на лицо пригож — хмыкнула она, правда тут же улыбка пропала с её лица — Жалко прозвучало, да?

— Да нет, каждый крутится как может — качнул я головой — А мне ты тоже пришлась по сердцу. Да и не каждый день девушки сами стучаться в мою дверь, не спрашивая про деньги.

— А они будут? — спросила она, прижавшись ко мне ближе. Финансовый вопрос по всем признакам стоял остро. Впрочем стоял он по утру не один, чем боевитая барышня нагло пользовалась.