смотреть на это… Сам дом стал словно кладбищем, где вечно пахнет смертью. Она вздохнула, словно испустила дух. — Мама пыталась вести себя как прежде. Вновь радоваться… но я же вижу. Видела каждый день это. Её, сестру… все словно упали духом. Это просто невозможно находиться там… Сама атмосфера тяжёлая, угнетающая, заставляет тебя думать о смерти. И в этот тяжёлый момент… — Ты бросила маму. — Да. Бросила её одну с отцом. Она меня возненавидит за это. Но я не могла иначе! Это… это каждый день, раз от раза, видеть, жить, смотреть, ждать. Это невыносимо. Меня возненавидят за то, что я сделала. — Хуйня, — отмахнулся я. — Я знаю, что такое жить там, где умирает медленно человек, поверь мне. И я знаю, какого это, видеть его таким каждый день. Мама тоже знает это, оттого ей тяжелее снова проходить подобное. — Я… — казалось, что Роза сейчас расплачется. — Тихо, Роза, ну чего ты, — приобнял я её. — Не стоит расстраиваться. — И как ты смог жить в доме? — спросила меня Роза. — Как смог… вытерпеть это? Я замялся. Замялся сильно, не зная, что сказать. Дело было давнее и я никогда о нём не вспоминал. Вообще никогда, забил эти воспоминания другими, лишь бы не возвращаться к ним снова. — Всё разрешилось, — слегка напряжённо ответил я. — Как? — посмотрела она мне в глаза, но я отвёл взгляд. — Неважно. Главное, что, если ты вернёшься, то матери станет легче. Легче оттого, что все её дети при ней и что с её старшей дочерью всё в порядке. И ей уже не придётся волноваться о тебе. Да, это сложно, но правильно. Она будет видеть, ради чего ей жить дальше, когда случиться… непоправимое. Я вздохнул и окинул взглядом округу. Аккуратные дома, чистые улицы, везде горят фонари. Казалось бы, уже так далеко зашли, а некоторые проблемы до сих пор решить не в силах. — Слушай, а разве не изобрели лекарство от рака? Вроде говорили, что мол есть вирус, который убивает раковые клетки. Ещё в моё время слухи об этом ходили. — Есть, — кивнула Роза. — Но… он не на все раковые клетки действует, как выяснилось. — Понятно. В любом случае, крепись. Да, сложно, да, больно, но это не конец жизни. — Не твоей, по крайней мере, — добавила Юи. И тут Роза разрыдалась. Ну ты блять пиздец молодец, Юи. Я просто хуею с тебя, это форменный пиздец. А тем временем мы, как я понял, подошли к дому Розы. Такому большому, добротному дому, как в принципе и все здесь, имеющему два этажа, гараж и подъездную дорожку. У нас такие дома считаются чуть ли не богатым классом, а здесь это зачастую средний. Роза приостановилась, вытирая