умеют. Может даже сотые лвл среди них затесались. Но спускаться нужды к ним вниз не было; я остановился, так как наше спасение уже прибыло. Сбоку от нас раздался гордый рёв автобуса. Такой громкий и мощный, что заставлял бояться меня. Он разнёсся над лесом, разгоняя птиц, и те облаком поднялись в небо, улетая прочь отсюда. Юи тоже заметно вздрогнула и оглянулась в ту сторону, откуда рёв исходил. Было видно, что она слегка струхнула, спрятавшись за мою спину. Честно говоря, я тоже немного струхнул, однако держал себя в руках, так как был уверен, что смогу договориться с ЛиАЗом. Я стоял, спокойно дожидаясь его, пока сверху и снизу к нам приближались солдаты. Стоял как можно ближе к Юи, чтоб они не рискнули выстрелить. Да, у них отличная меткость, но вряд ли кто-то хотел рисковать своей головой, если вдруг случайно промахнётся, когда проценты именно в этот раз не выпадут. К тому же, по их мнению, скорее всего, нам было некуда деваться. И когда их от нас отделяло примерно метров пятьсот, появился ЛиАЗ. Только вот… Я даже не знал, как отреагировать. Смотрел на него, слегка приоткрыв рот и прищурившись, пытаясь понять, как вообще подобное возможно. — Бля, чо за хуйня… — пробормотал я, глядя на… автобус… Мой гордый, мощный, огромный ЛиАЗ выглядел так, словно его сбросили с горы, подняли обратно и сбросили ещё раз. Было чудом уже одно то, что он вообще ездил в таком состоянии. И я надеялся на это чудо. Сейчас оно было мне необходимо. Глава 267 ЛиАЗ выглядел не столько устрашающе, сколько жалко. Казалось, что он кувыркался через крышу несколько километров и ещё несколько километров его тупо тащили, то одним бортом, то другим, то вообще на крыше. Весь побитый, разбитый, с лопнувшими шинами, разбитыми окнами, облупившейся краской. Одна фара едва-едва мигала в то время, как вторая горела довольно тусклым красным светом. Бампера… бамперов не было. Никакой мелочёвки типа дворников, зеркал заднего вида, всякий габаритов или лючков не было. Всё вырвано с корнем. Ничего толком не осталось. Он вообще заедет на гору? Автобус не вылетел из леса, как делал подобное до этого. Нет, ЛиАЗ ехал очень медленно, расталкивая и придавливая кусты собой, с диким скрежетом, словно у него что-то застряло в ходовке. Гордость советского автопрома протискивался между деревьев, словно медведь после глубокого сна, иногда словно глохня и двигаясь рывками. Его рёв двигателя был куда тише чем обычно, и иногда он словно захлёбывался чем-то. Я даже забеспокоился, что он вот-вот заглохнет, но нет, ЛиАЗ