Но ученик паладина просто вернулся к прошлой теме:
— Еще навыки многое говорят. Твоя кулинария, например. Или моя рыбная ловля.
— А что с ними не так?
— Все так. Но ты очень многое делаешь в готовке на автомате, не замечал? Получи ты навык только здесь, тебе потребовалось бы уделять этому куда больше времени для такого автоматизма. Так же и я, когда Жан дал мне удочку — я сразу знал, что нужно делать. Как будто занимался рыбной ловлей всю жизнь. А ведь до этого никакого навыка у меня здесь не было. И сам навык рыбалки тоже качается быстрее любого другого.
— Может, у тебя просто талант к этому? Или навык сам по себе дает такое ощущение?
— Нет, бро. Хеор, например, тоже пытался освоить рыбную ловлю. Но он даже навык такой получить не смог. А у меня он просто открылся сразу, едва я впервые закинул удочку. И знаешь, если мое прошлое как-то связано с лесом и тем озером, что я вспомнил — то рыбная ловля вполне могла быть одним из моих навыков там.
Я призадумался. Дрим был прав — я действительно многие вещи делал на автомате. О том, как нарезать грибы или чистить рыбу мне никто не рассказывал, я просто не придал этому значения.
Выходит, память о другом мире не так уж и бесполезна. Если суметь предугадать, какие навыки были тебе доступны там, можно получить их и здесь не прилагая особых усилий. Разница действительно есть.
На третий уровень навыка «грибник» мне пришлось собрать в общей сумме более двух сотен грибов. А сколько раз я в этом мире готовил пищу? Всего трижды, включая тот раз, когда я помогал Жану. Но уровень навыка уже достиг пяти единиц!
— Ты прав, Дрим. Прав во всем. Наверное, нам и впрямь стоит поскорее слинять от кровососа и искать путь в город. Но с Хеором и его «гаремом» мне точно не по пути.
— Уверен, что всегда можно договориться, — попытался светлый, но я просто махнул рукой.
Дрим в последний раз отхлебнул из бутылки и бросил опустевшую тару в покрытый мхом камень. Заботливо оплетенная на такой случай бутыль просто звякнула, и целехонькой обижено укатилась вниз.
Я поймал себя на том, что мне нравился этот парень. Ученик паладина действительно был светлым. Не просто обладал стихией, а было в нем что-то такое доброе — некая легкая наивность и вера в людей. Сейчас, когда он был пьян, это виделось в нем особенно ярко.
— Кстати, может быть, стихии тоже у нас не просто так? Тебе очень подходит твоя, если так можно выразиться.
Дрим де Мелвил пожал плечами:
— Не знаю. Но это вполне может быть так. В тебе тоже есть что-то… не знаю, как сказать. Текучее, что ли?
Я ничего не ответил. Со светом было все просто. А вот как определить, например, воду? Какой у воды может быть характер? А у пустоты? И разве есть в той Ласке, которую я знаю, место для стихии тьмы? Она может быть какой угодно, но на злодейку точно не тянет. Скорее на несчастного загнанного зверька, что боится окружающего мира и во всем видит угрозу.