— Ой, это как с плаванием, — зловеще осклабился Макаров, мигом превратившись из доброго дедушки в исчадье Ада. — Иногда проще просто бросить человека в воду, и он сам поплывет. Или утонет. Но на то тебе и дана сильная душа, чтобы выплыть из любого дерьма.

— Не-не-не! — Я вскочил из-за стола. — Сначала теория, потом практика. У меня математический склад ума, я по-другому не умею.

— Окей, как скажешь, — вздохнул Макаров.

Я облегченно вздохнул, а в следующий момент почувствовал, как пол уходит из-под ног. Не успев толком испугаться, я вдруг понял, что уже лежу на полу, а мои руки, ноги и голова прочно зафиксированы в положении звезды.

— Эй, какого черта⁈

— Парень, ты что, уснул? — ехидно спросил старик, стоя надо мной с двумя огромными пиявками в руках. — Я же минут десять очень подробно объяснял тебе, что и как нужно сделать, чтобы защитить душу от пиявок.

— Не было такого!

— Было, было, — мстительно поддакнул старику Хухлик. — Я очень удивился, что тебе настолько плевать на обучение, раз ты откровенно храпишь во время объяснения столь важной методики, способной спасти тебе жизнь.

Вот же сволочи, спелись!

Макаров положил мне на грудную клетку двух пиявок, не став даже расстегивать рубашку. Похоже, для этих тварей одежда не была серьезной помехой.

— Советую сосредоточиться на внутренних ощущениях, а не внешних. Закрой глаза, почувствуй пиявок, как их невидимые энергетические усики заходят внутрь тебя и тянутся к самому ценному.

— Я не хочу, чтобы в меня кто-то входил! — возмутился я, уже понимая, что меня никто слушать не будет. Но в любом случае я должен был высказаться. — А если они всю мою душу сожрут целиком⁈

Понятие души всё ещё оставалось для меня непонятной абстракцией, даже говорить о подобном вслух было очень странно.

— Силенок не хватит. Даже Садако не может поглотить человеческую душу целиком, тем более, такую сильную как твоя. А если беспокоишься о целостности души, то отхватить от неё кусочек — это одно, а переварить совершенно другое. Это долгий процесс, на который могут уйти месяцы. Так что если ты убьешь пиявок и сожрешь их тело, то легко восстановишь утраченное.

Та-ак, вот это хорошая новость. Вот только есть эту мерзость… брр. Это ж не лягушки или гусеницы, не уверен, что даже всеядные китайцы едят подобное.

— А обязательно их есть? — спросил я, чувствуя подвох. — Садако тоже нужно будет сожрать, если я хочу вернуть всё, что она откусила от меня за эти дни?

— Надо будет — сожрешь, — припечатал Макаров. — Хватит болтать. Тебя уже жрут во всю, а ты лясы точишь.