— В каком смысле? — опешил я.

— Обычно частица души остается в этом мире из-за сильного предсмертного желания умершего, но иногда происходит иначе. Когда близкие родственники сами не отпускают погибшего: неосознанно хватаются за осколок души, и держат его в этом мире. Хоть ты и не родственник, но с твоей-то силой сделать это точно не составило труда. Видимо, ты очень хотел, чтобы он был жив, а после винил себя в его смерти. Вот и результат. — Он выразительно показал на призрака. — Видимо, с телом мальчика провели ритуал упокоения, поэтому призрак и отделился от тела и пришел сюда. Теперь дело за тобой, ты должен отпустить его.

Я никак не мог осознать сказанное Макаровым, к тому же взгляд все время возвращался к безжизненному лицу мальчишки, и мысли сразу начинали путаться.

— Но как мне его отпустить?

— Смириться со смертью мальчика, — пожал плечами старик. — Перестать винить себя. Тебе виднее, что именно заставило призвать его душу.

— Но я ведь правда виноват в его смерти, — тяжело вздохнул я.

— Тогда эта пустышка никуда не денется. Так и будет ходить за тобой как бессловесное напоминание.

Стыдно признаться, но я всеми силами старался не думать о мальчике хотя бы эту пару дней, пока решается моя судьба. То же самое и с Лорой, Макаров в целом был прав, я не смогу ей помочь, если Садако меня сожрет. Если… точнее, когда разберусь с проклятьем, сразу свяжусь с Донни, Максом и Лорой.

— А что значит «пустышка»? — отвлеченно спросил я.

— Пустая внешняя оболочка. Знай ты парнишку получше, мог бы задержать зацикленного или даже полноценного призрака «глупыша». А так, неосознанно хватанул частичку и оставил в этом мире.

— Черт, да сколько всего видов призраков существует? — вырвалось у меня. — Еще и «глупыш» какой-то.

— Много. И каждый медиум разделяет их по-своему, хотя есть и общие названия. — Макаров подошел у Дэмису и посмотрел ему в лицо. — Молодой. Ещё вся жизнь была впереди.

Мало того, что я являюсь причиной смерти мальчика, теперь еще и его душу расщепил и вынудил остаться в этом мире. Насколько же никчемный медиум из меня получился.

— Как только я его «отпущу», он исчезнет? — обреченно спросил я.

— Э нет. Чтобы он окончательно ушел, его нужно не только отпустить, но и полностью развоплотить. Проще говоря, убить.

— Н-но я думал, что после развоплощения призраки исчезают лишь на время, а потом появляются вновь.

— Джеймс тебя так учил? Что ж, это политика Ассоциации — ловить призраков и развоплощать исключительно в церкви. Нужно же и святошам что-то есть. На самом деле любого призрака можно убить, пусть это и не просто, а уж с пустышкой, уже не имеющей связи с телом, справиться ещё легче. Запечатываешь призрака, чтобы он не мог уйти в глубины пространства, и затем используешь сильнейшую атакующую бумажку. С запасом, так сказать. Давай, действуй. — Он похлопал меня по плечу и провел какие-то манипуляции, чтобы переместить мальчика внутрь защитного поля. — У тебя есть минут десять, чтобы с этим справиться. Попробуй, ну, не знаю, поговорить с ним, облегчить душу. Займись самоанализом. А потом уничтожь его.