— Не просто изъяли, а уничтожили, — решил поправить сотника, потому как это играло принципиальную разницу. В этом мире не должно существовать подобных вещей, иначе таким тварям, как Повелитель крови, будет открыт сюда вход.
— Кстати, что-то он запаздывает! — Серпухов перевел взгляд на часы, а потом осмотрелся вокруг. — Штурм города должен был начаться минут пятнадцать назад.
— Штурма не будет, — на улице как по команде появились несколько десятков одаренных с эмблемами Московского княжества и окружили нас. — С Москвы пришло письмо снять осаду с Перми и отвести войска, чтобы избежать прямого конфликта с Четвертой империей.
— То есть как? — сотник удивленно посмотрел на посланника. — Ты хочешь сказать, что вся эта шваль сейчас сможет выбраться из города, и никто не ответит за похищения и убийства людей?
— Придет время, и мы во всем разберемся, — ответил посланник воеводы. — А пока я вынужден вас задержать за нарушение указа воеводы Великого княжества и действия, которые привели к обострению конфликта с Четвертой империей.
Вот это поворот! Буквально минуту назад мы были героями, а сейчас нас записали в нарушителей. И это после того, что мы сделали для страны и всего мира. Да, Рымину еще предстоит всерьез поработать с кадрами.
— Серпухов, я призываю вас и ваших людей не оказывать сопротивление.
Глаза посыльного нервно забегали, когда одаренные приготовились к бою, но сотник взмахнул рукой и отдал приказ:
— Никому в бой не вступать. Своих же будем бить, друзья! Выполнять приказ воеводы!
Глава 7 Заманчивые предложения
Мы с Серпуховым и остальными ребятами сидели на земле. Руки за спиной связаны, хорошо, хоть рты не заткнули, на запястьях блокираторы. Но самое обидное, что наши недавние враги спокойно прошмыгивали мимо нас, бросая удивленные, а иногда и довольные взгляды. Те самые люди Родионовых, которые были виновны в похищениях и жертвоприношениях, а там кто знает в чем еще.
— Что же они так долго? — не выдержал Толмачев, всплеснув руками. Он смотрел на западную дорогу, идущую к городу, но она была пуста, насколько хватало зрения. Ни машин, ни даже облачка пыли.
— А сотник-то нервничает, — довольно протянул Серпухов. Ему уже стало немного лучше, но самостоятельно подняться все равно не сможет. Вяземский здорово приложил его в поединке.
— Стараются выслужиться перед французами, — я смотрел на Толмачева, который явно нервничал и расхаживал взад-вперед, отдавая короткие приказы.
— Не думаю. Скорее, здесь замешаны свои же, а Бонапартам потом отчитаются, что нарушители понесли наказание и были казнены на месте.