— Ты же не куришь. Люди, которые составляли твоё личное дело не могли так грубо ошибиться. Они вообще никогда не допускают ошибок.

И тут очередное личное дело. Интересно, они передают друг другу одно и то же, или каждая структура делает для себя новое? Хотя здесь, скорее всего, досье будет новым. Ведь нужно учитывать то, что я уже прожил одну жизнь и имею определённые навыки. Часть из которых мне уже довелось продемонстрировать.

— В этой жизни не курю, а в прошлой дымил как паровоз. Сам удивляюсь, как ещё не начал и тут дымить.

— Выйдем отсюда, угощу тебя сигареткой. Выкуришь и сам поймёшь, надо оно тебе это или нет. А пока вдохни поглубже и задержи дыхание. Если, что они муж с женой.

Мы остановились перед дверью, на которой висела табличка «Карлсон и Фрекен Бок Куперман. А мы тут плюшками балуемся». Я посмотрел на Максима, который сиял словно начищенная монета. Видимо, его очень веселила эта табличка. Хотя вынужден признать, смотрелась она здесь весьма комично.

Максим подскочил к двери и громко постучал в неё. Пару секунд ничего не происходило, а затем раздался довольно высокий мужской голос.

— Если вы пришли просто так, то можете убираться. У нас слишком много работы, чтобы тратить время на всякую ерунду.

— Карл Гедеонович, мы пришли по поручению Базонова. Он привёз сегодня нового вселенца.

Дверь совершенно неожиданно слегка приоткрылась и из неё высунулась практически лысая голова, очень упитанного мужчины лет сорока. В самом расцвете сил, как сказал бы один мультипликационный персонаж, на которого и был похож Карл Гедеонович.

— Пилот, которого нам обещал Климов? Не ожидал, что так быстро! Думал, что снова будут тянуть кота за яйца, как они это любят делать. В таком случае, что же вы стоите молодой человек? Заходите скорее. Ради вас мы отложим все свои дела. К тому же их на самом деле не так много. Всё в лаборатории уже давно отлажено и работает как часа. Фая, ты представляешь, они уже привели к нам того пилота.

Я слегка опешил от подобного поведения руководителя лаборатории. Мне всегда казалось, что такие люди должны быть более серьёзными, что ли. А здесь какая-то клоунада. По-другому назвать это я не мог.

— А вы подождите за дверью. Нас интересует только Сергей Михайлович. Или Даниил Михайлович? Как вы предпочитаете, чтобы мы к вам обращались?

— В этой жизни меня зовут Сергеем, — ответил я, проходя мимо Максима, который совершенно не переживал, что его оставили стоять под дверью. Он, наоборот, был каким-то слишком довольным и мне это отчего-то не понравилось.

Сам Карл Гедеонович уже давно юркнул в кабинет и когда я зашёл, мужчина пытался умаститься за массивным столом, но с его габаритами это было сделать довольно трудно. Этакий колобок на ножках.