- Плачу от счастья, дитя мое. - она вытирала слезы уголком белоснежного платка, её взгляд был полон вселенской мудрости и глубочайшей, безграничной любви. - Ты заслужила это счастье, девочка. После всего, что пережила. После всех испытаний, которые выпали на твою долю.

Я посмотрела на свое отражение, придирчиво, долго, пытаясь найти в нем ту старую Лизу, которая боялась всего. Да, синяки еще были видны, тонкие тени под глазами от пережитых ночей, но профессиональный макияж, нанесенный умелыми руками моего визажиста, скрывал их почти полностью. Платье, словно вторая кожа, скрывало нежные, ещё розовые шрамы от ожогов на руках, которые теперь казались мне не уродством, а знаками нашей борьбы. Но на шее сверкало фамильное колье, и в нём, в его холодном блеске сапфиров, я видела свою силу, свою принадлежность. Я была... красивой. Впервые в жизни чувствовала себя не просто красивой, а сияющей, наполненной светом, нежностью, предвкушением.

Внезапно заиграла музыка. Нежные, торжественные аккорды свадебного марша наполнили дом, растекаясь по его комнатам, словно эхо вечности. Я взяла бабушку под руку, чувствуя её дрожащие пальцы, но её хватка была крепкой, поддерживающей. Мы вышли из комнаты, двинулись по коридору, который казался бесконечным, к залу, где нас ждали все, кто был дорог.

Бабушка передала мою руку Глебу. Его пальцы, сильные и теплые, сжали мою ладонь, и весь мир сузился до этого прикосновения, до нашей связи. Он притянул меня ближе к себе, его глаза сияли, а зрачки расширились.- Ты самая красивая невеста на свете. - прошептал он мне на ухо, и от его голоса по телу побежали мурашки. - Моя. Лиза. Моя.

- А ты самый красивый жених, мой Альфа. - прошептала я в ответ, и в этот момент я была самой счастливой женщиной на Земле, мне хотелось кричать от переполнявшего меня счастья. Церемония прошла как в сказке, как в самом прекрасном сне, который сбылся. Я помнила каждое слово священника, его добрые глаза, каждый взгляд Глеба, полный нежности, каждый вздох, наполненный волнением. Его "Да", твердое, уверенное, прозвучало как обещание на веки вечные, как клятва, которую не сломить. Мое "Да", тихое, но искреннее, было отдано ему без остатка. Кольца - простые золотые обручи, но такие важные, такие символичные, словно запечатывающие нашу судьбу.

- Можете поцеловать невесту. - сказал священник, его голос был теплым, наполненным радостью. Глеб притянул меня к себе, его рука легла на мою талию, а его взгляд был устремлен только на меня. Он поцеловал меня. Долго, нежно, глубоко, словно в этом поцелуе он передавал мне свою душу, своё сердце, своё обещание быть рядом, всегда. Зал взорвался аплодисментами, казалось, потолок сейчас рухнет, но мы не слышали. Был только он, только я, только мы. В этот момент не существовало ничего, кроме наших губ, наших душ, слившихся воедино, ставших одним целым.