— Мы идём к ректору, — заключила я и вышла из ванной комнаты. Закинула умывальные принадлежности в шкафчик, проследила, как дверь закрылась на магический замок. И продолжила, спеша в сторону лестницы: — Он всё это начал, вот пусть он и расхлёбывает.

— Ты не слышала, что я сказал? — Дракон остановил меня, схватив за рукав. — Нельзя говорить ректору. Моя практика под угрозой, а я не могу этого допустить. Мы с тобой самостоятельно решим проблему. Я вспомню и запишу все заклинания.

Я прикусила губу. Слишком многое было поставлено на кон, в том числе моя жизнь. Но ведь для Лирея эта практика — важна. А я всегда уважала мечты. Это то, что заставляет нас жить. Мне ли не знать, как это необходимо?

— А ты справишься? — тихо спросила я, уже смирившись с его решением.

— Ты сомневаешься в моей памяти? — высокомерно вздёрнул бровь дракон. — Забыла, с кем разговариваешь?

— Ах, простите, ваша чешуйчатость, — фыркнула я и осознала, что мы стоим слишком близко.

И пусть длинные рукава прячут браслеты, но студенты уже начали выходить из комнат и наше неожиданное утреннее представление их крайне заинтересовало. Не сговариваясь, мы спустились по лестнице и остановились в холле, отойдя в дальний угол, чтобы привлекать меньше внимания.

— Сегодня ведь нет никаких экзаменов? Тогда посидим вместе в библиотеке. Ты будешь писать реферат магистра Тайлуджа, а я — выпишу заклинания.

— Почему только я должна заниматься рефератом? — закономерно возмутилась я.

— Потому что ты запорола последний этап, — отрезал братец и схватил меня за локоть. — Идём, мисс Фиаско.

Пришлось плестись за его великолепием, захватив в гардеробе дублёнку. Как бы драконистый сноб не бесил, но сейчас мы в одной лодке и приплыть к берегу сможем только вдвоём.

В холле завхоз руководит старшекурсниками, устанавливающими высоченную ёлку. Скоро девушки-воздушницы примутся её украшать различными игрушками, и ёлка засияет, намекая о приближении нового года.

И почему я не родилась воздушницей?

Мы как раз проходили мимо тотализатора, и я приоткрыла рот.

— Четыреста против тридцати восьми⁈ — воскликнула я и огляделась вокруг.

Мы с Лиреем привлекли внимание, и один из парней подошёл и демонстративно вписал себя в графу «поцелуя» магией, да ещё подмигнул Лирею, мол, друг, я в тебя верю. Обернулась к братцу и упёрла руки в бока.

— Ты что, ещё и поддерживаешь это?

— Увы, твоя надпись на стекле многих подтолкнула к решительным действиям за наш с тобой поцелуй, — хмыкнул дракон.

— Да не я оставила эту надпись! — в который раз напомнила я.

— Да кто теперь разберёт, — пожал плечами парень. — И ты так бурно это отрицаешь, что ещё больше подводишь к мысли, что ты просто влюблена в меня, мисс Фиаско, — братец подошёл ближе и сложил руки на груди, будто удерживаясь от того, чтобы не щёлкнуть меня по носу, — разве не так?